— Лив! — я едва не задохнулась от облегчения.
Она закашлялась, прижала ладонь к губам, попыталась подняться. Эби подхватила её с другой стороны, удерживая.
Краем глаза я заметила, как тот самый серьезный друг ведет врачей к нам. Всё вот-вот должно было закончиться. Они аккуратно подняли Ливию и положили на носилки, она уже была в сознании и могла выдавить из себя пару связных предложений.
— Я могу поехать с вами? Я её сестра, мне нужно быть уверенной, что она в порядке.
Я торопливо поднялась за врачами и поспешила к выходу. Те одобрительно кивнули, не тратя времени на разговоры.
Но слова Лив, сорвавшиеся между кашлем и стоном, пронзили меня до глубины:
— Нет, у меня нет сестры… Миа, Кейт, позвоните, пожалуйста, моим родителям, они… должны знать, что произошло, — Лив говорила отрывисто и в полтона тише, чем обычно. В ее голосе отчетливо слышалась тревога и непонимание происходящего. Глаза стали ясными, но боль, которая пронизывала каждый участок ее тела, было невозможно не заметить.
Я встала как вкопанная от услышанного. Всё произошло мгновенно, я даже не успела осмыслить и среагировать. Лив быстро погрузили в спецтранспорт и уже начали оказывать необходимую помощь, как вдруг двери закрылись, и машина умчалась вперед по улице.
Еще пару минут я стояла погруженная в свои мысли, беспомощно сжимая в руках холодную бусину. В клубе остались только работники, улицы вокруг опустели. Все либо разошлись по домам, либо устремились в соседний клуб, который находился буквально в десяти минутах ходьбы отсюда.
Гирлянды и фонари вокруг светили всё так же ярко, как и в самом начале праздника. Казалось бы, всё только начинается…
Эби обняла меня за плечи, её ладонь легла поверх моей. Я склонила голову к ней, но лицо уже не выражало ничего — будто маска из камня.
— Нет сестры… что это вообще было? Почему она сначала отключилась, а потом резко проснулась в полной ясности? Я рада, что она очнулась, но ее слова… Может, это шок? Почему ангелит нагрелся и обжег меня? Я даже не догадывалась о такой его способности. Почему служба порядка не приехала? У них что, такое каждый день случается? Почему охрана клуба не проверила всех на запрещенные вещи? Носить с собой оружие незаконно во всех поясах! — Я проговорила это настолько быстро, насколько могла, слова наскакивали друг на друга.
Мысли рассредоточились, обрывки воспоминаний о вечере перемешались, мешая дать здравую оценку происходящему. Я обернулась, чтобы предъявить охранникам за их профессионализм — точнее, за его отсутствие, — но двери здания изнутри захлопнулись у меня на глазах.
— Ну замечательно, — вскрикнула я, резко взмахнув руками и сделав пару неуверенных шагов вперед.
— Бри, это похоже на один из твоих кошмаров. Прости, надо было послушать тебя и не идти никуда сегодня, — Эби подстроилась под мой шаг, и мы неспешно пошли в сторону перехода в Четвертый пояс.
До главных путей было достаточно далеко, чтобы идти пешком, поэтому мы решили пойти через лес, условно нейтральную территорию.
В обычные дни за проходами следили строго: нужно иметь пропуска, чтобы выйти за пределы поясов. Получить их легко, если преследуешь какую-то цель, но хаотично пересекать границы туда-сюда не поощряется. Сегодня же, в праздник, все проходы были открыты и неконтролируемы. На нейтральных же территориях надзора не предусматривалось вовсе.
Фонари, расставленные на большом расстоянии друг от друга, едва пробивались сквозь густые кроны деревьев. Бледный электрический свет падал пятнами на тропу, выхватывая куски земли и корявые корни, а между стволами клубилась вязкая тьма. Обычно одно это зрелище заставляло моё сердце колотиться в бешеном ритме. Но, кажется, не в этот раз.
Я ненавидела темноту. Ненавидела тот липкий холод, который прятался в ней. Ненавидела каждой клеточкой своего тела чувствовать — кто-то стоит за спиной, дышит, наблюдает. Ненавидела ощущать себя слабой, беспомощной, маленькой и наивной, вокруг которой завороженно вьются отголоски кошмаров.
Но теперь… страх вырвали из меня вместе с криком, который так и застрял в горле, когда Ливия упала. Я шагала по тропинке, не чувствуя земли под ногами, двигаясь на автопилоте, пустая изнутри. Руки безвольно висели, дыхание было неестественно ровным. Я стала похожа на куклу, которой задали маршрут: идти вперёд и не останавливаться.