— Проклятье, Пирр… — Дамиан выдохнул сквозь зубы, но голос прозвучал мягче, чем ожидалось. Он покосился на друга и выдавил усталую, сдержанную улыбку. Видно было, что у него остались претензии, но разжигать ссору он не хотел. — Я же тоже волнуюсь за тебя. А ты как ляпнешь что-нибудь… потом ищи тебя где угодно.
«Проклятье» — слово врезалось мне в голову и отбросило на некоторое время назад.
«Ты столько всего ещё не знаешь, Бри. Дам тебе только один совет… будь осторожнее с проклятиями, ты с ними обязательно встретишься»
Если сначала я не восприняла слова Иларии всерьёз, то сейчас они определённо имели смысл. Что если мне снятся кошмары о смерти Пирра именно из-за того, что есть какое-то проклятье? Но какое? Любовное? Если мы с ним сойдёмся, то он обязательно плохо кончит?
Я мгновенно погрузилась в свои мысли, отключив голову от происходящего в машине. Мне достаточно того, что я не знаю, как выбраться, чтобы найти информацию о сестре, так ещё и проклятье появилось?
Я сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь сосредоточиться. Если Илария так сказала, значит она точно что-то об этом знает. Дело за малым, надо вернуться в место силы второго узла, чтобы снова с ней встретиться и убедить помочь. Но как?..
— Всё равно было понятно, что пойдёте вы оба. У нас ни у кого не было шанса, — голос Пирра снова вернул меня в машину. Он сидел развалившись, опёршись локтем на подлокотник, и глядел в окно.
— Это ещё почему? — Дамиан бросил на него взгляд и скептически приподнял бровь.
— Без обид, но вам больше всех надо. У тебя — дурацкое поручение, чтобы ты смог занять должность повыше и заслужить авторитет Эсхила… хотя, казалось бы, куда ещё больше, а Бусинке важно найти способ вернуть память сестре, — Пирр невинно развёл руками, твёрдо ощущая, что он говорит чистую правду.
Дамиан шумно втянул воздух и уже собирался что-то сказать, но я перебила его.
— Пирр, ты пишешь стихи?
Он резко повернул голову на меня, его взгляд хаотично забегал по моему лицу.
— С чего ты взяла? — он нервно сглотнул, явно не ожидая этого вопроса.
— Ты похож на того, кто пишет стихи, но тщательно это скрывает, — соврала я.
— Ой, если пишешь, зачитай что-нибудь! — оживилась Эби, подалась вперёд и даже дернула его за рукав. — Не стесняйся, Пирр.
— Не пишу я ничего, — буркнул он, разворачиваясь вперёд. А затем скрестил руки на груди и съехал чуть ниже по сиденью.
— Пишет. Ещё как пишет, — Дамиан усмехнулся, кивнув и заговорщически скосив на него взгляд. — Он просто боится признаться.
— А ты пишешь письма, но либо рвёшь их, либо сжигаешь! — огрызнулся Пирр. — Учишься у Марва, как выражать чувства, но сам до сих пор ни одного не отправил!
— Вы оба… пишете? — удивлённо спросила я, поднимая брови.
— НЕТ! — рявкнули они в унисон.
Я рефлекторно отпрянула, прикусив губу, а потом откинулась на спинку. Я скосила взгляд в зеркало и встретилась с глазами Дамиана. Он смотрел на меня с улыбкой, которая тронула не только уголки губ, но и глаза — такие живые, по-настоящему тёплые. Дамиан отвернулся почти сразу, как встретил моё внимание.
Если Пирр пишет стихи, то как минимум этот факт из кошмара — правдивый, а значит вероятность того, что это просто совпадение значительно сокращается. Разум хотел продолжить расспрашивать о деталях сна, чтобы убедиться, что это действительно проклятие, но сердце…
— Почему у тебя поменялся цвет глаз тогда? — я задала этот вопрос прямо перед собой, но всем сразу же стало понятно, кому я его адресовала.
Дамиан снова посмотрел на меня в зеркало.
— Я это не контролирую, они меняют цвет, когда… — он задумался и сильнее вжался пальцами в руль, будто пытался не дать себе сорваться. — Когда я сильно зол или до отчаяния опечален.
В машине повисла неловкая тишина. Эби ногой отбивала ритм какой-то песни, Пирр шумно дышал, смотря в окно, а сердце Дамиана, если бы можно было услышать, наверняка безудержно просилось наружу.