Впервые за несколько дней она не боялась засыпать.
4
Часовая стрелка еще не дошла до самого низа циферблата, но Саран уже изнывала от безделья. Мужчины по-прежнему спали, и заняться было откровенно нечем. Как она умудрилась просидеть взаперти несколько дней и не сойти с ума? Поездка во Флоренцию не считается. Даже тогда она была слишком напугана, чтобы как следует насладиться путешествием. Удивительно, сколько страха может поместиться в одной лисе, и как неприятно от него избавляться!
Видимо, воспоминания пробудили еще что-то, и Саран никак не могла отделаться от ощущения, что все происходящее нереально. Схожее ощущение бывает, когда оглядываешься назад, сменив несколько личин. Постепенно привыкаешь к новому телу, и все, что происходило со старым, кажется ненастоящим, будто случилось это не с тобой или не в этой жизни. Но Саран наконец удалось нащупать то, что важно.
К черту сонное, бессмысленное выживание и вечно трясущиеся поджилки. Хватит! Саран впервые набралась смелости, чтобы зайти в кабинет Луиджи. И чего раньше боялась? Кабинет как кабинет. Письменный стол, шкаф для документов, книжный шкаф и сейф. Никаких гранатометов по стенам или чучела бывшей любовницы. Даже разочаровывает, если честно. От Луиджи Эргенте невольно ожидаешь чего-то эпатирующего, а тут - нора обычной канцелярской крысы.
Саран фыркнула и включила компьютер. Следят за ней или нет - без разницы. Она давно хотела купить себе еще несколько важных мелочей, да все боялась реакции Луиджи. А чего бояться-то? Ну, узнает он, что она пользуется духами за четыреста евро, и что случится? Авось не поседеет. И по миру не пойдет - тут очень кстати припомнился номер кредитки некоего Эрика Мортенсена...
Закончив с покупками, Саран ушла в гостиную и принялась щелкать пультом от телевизора в тщетных попытках отыскать хоть что-то понятное. Большинство каналов оказались на итальянском, и единственное, что вынесла для себя Саран: погода во Флоренции в ближайшие пару дней останется такой же солнечной. Затем она наткнулась на европейский канал новостей, где по низу шел текст на английском. Некоторое время слушала про предвыборные кампании и террористов, потом продолжила переключать каналы. Нашла музыкальный.
Тело отозвалось автоматически. Саран поднялась с дивана и, практически не думая, начала разминку. Бок еще немного побаливал, но, если двигаться аккуратно, практически не мешал. Человеку, чтобы залечить такую рану, понадобилось бы больше времени. Саран осторожно потянулась: от шеи вниз до подколенных связок, потом обратно. Несколько базовых упражнений, чтобы разогреть основные группы мышц. Затем начала проработку отдельных танцевальных движений. Без системы, все подряд - лишь бы в ритм попадало.
Она не услышала, как спустился Луиджи. Он просто оказался вдруг рядом, и Саран двинулась к нему на чистых инстинктах. Для очередного элемента ей нужен был партнер. Рука сама легла на плечо, ноги, завершив комбинацию, замерли, прижавшись почти вплотную к бедрам Луиджи, тело выгнулось, ожидая поддержки... Эргенте не знал движений. Наткнувшись на его удивленный взгляд, Саран расхохоталась и чуть не потеряла равновесие.
- Ну и о каких свиданиях может идти речь, когда ты не умеешь танцевать?
Она отстранилась и поправила одежду. Луиджи кашлянул и убавил звук на телевизоре.
- Зато я мастер светских бесед, - сказал он. - И настольных игр.
- И массажа, насколько я помню. А еще идиотских шуточек с запиранием дверей.
- Ты первой начала, подсунув мне жучок.
- А ты подставил меня перед Пхатти.
- После чего ты выбросила мой подарок в окно.
- А ты выстрелил в меня!
- Память начала возвращаться?
- Немного. Кажется.
Саран отбросила шутливый тон и опустилась на диван. Потерла висок, словно это могло подстегнуть воспоминания.
- Я ведь его не убила, да? Промахнулась?
А вдруг окажется, что вмешательство Луиджи ей просто привиделось? Вроде бы была кровь, было падающее тело - но, может, снова игра воображения?
- Ты попала, но не убила, - ответил Луиджи, садясь рядом. - Убить двоедушника вообще очень сложно, и для этого нужно особенное оружие. Специально пришлось делать пули из жадеита: они и связь между вами разорвали, и помешали ему регенерировать.
- Значит, у меня с самого начала не было шансов?
'Видишь? - шепнул тихий голосок. - Он подставил тебя и отправил на смерть. Так чем ты ему обязана?'
- Выжить? Вряд ли. Ты могла ему не подчиниться, но тогда бы он просто тебя убил.
- Я не подчинялась! - с некоторым запозданием воскликнула Саран.
- Он был сильным шаманом, - попытался утешить ее Луиджи, - а ты была ранена, устала... Ты сделала все, что могла.
Хорошо, что в последние дни она вела себя более раскованно, даже глазки строила. Теперь перемена не покажется такой резкой, не вызовет вопросов и подозрений.
- Но, если бы не ты, все равно погибла бы. Я пыталась его защитить!
Не слишком ли очевидно? Саран на секунду испугалась, что перегнула палку, но нет, Эргенте был по-прежнему полон сочувствия.
- Он приказал тебе. Он управлял тобой и мог заставить сделать все, что пожелает.
Как она могла приказывать Луиджи. Но он сопротивлялся, он мог ослушаться и выстрелить, у нее же не было шансов в самого начала... Саран и сама не заметила, как закусила губу, но боль привела ее в чувство.
- Спасибо, что спас, - сказала она, добавив в голос хрипотцы. - Не помню, поблагодарила ли я тебя тогда.
Луиджи просто кивнул, даже не улыбнулся и не попытался коснуться ее руки, хотя она лежала совсем рядом. Соблюдал правила. Но, во-первых, Саран ничего такого не обещала, а во-вторых, договор вот уже сутки как был разорван. С показной нерешительностью она коснулась руки Луиджи, переплела пальцы.
- Я больше не буду тебя бояться, - почти искренне пообещала она.
А потом появился Эдриан, и они с Луиджи отправились на очередную охоту. Вернулись только поздним вечером, переоделись и снова уехали в Сиену - ловить оставшихся кобылиц. Предыдущая ночь прошла довольно успешно, сработала созданная шаманом ловушка, и целых три кобылы попались в сети. Но на этот раз ночные призраки будут осторожнее.
Ночевать одной было жутковато. А стоило вспомнить про труп в подвале - и вовсе делалось не по себе, хоть сбегай на ночь глядя. Но ведь не к лицу пятихвостой лисе пасовать перед давно умершими ведьмами. Подумаешь, мертвое тело. Мертвое же. И не пытается выбраться. Да и щит крепкий, спасибо Аномалии.
И тем не менее той ночью Саран не спалось. Постоянно чудились скрипы, шорохи, будто по дому кто-то бродит, голоса. Она пару раз дергалась, просыпаясь, но потом снова тонула в рыхлом, нездоровом состоянии полусна-полуяви. За окном шумели деревья, скребли легонько по стенам и крыше, ветер просочился сквозь щелочку на чердак и гонял там что-то, хрустел старой бумагой. Саран встала и полезла туда, потом сообразила, что спит, и это ей всего лишь снится, снова отключилась... Ощущение было не из приятных, но все же не кошмар, а значит, ничего страшного.