-- Что вы, детка, Катенька говорила мне, что в нем все души не чают… а сын Михаила родился с сильнейшей патологией… И вы ведь слышали, как Катюша отзывалась о Кирюше, какой он воспитанный, добрый мальчик…
-- А вы, Николай Семенович, видели этого мальчика? Как он вам показался? – мне почудилось, что вопросы поставили старика в тупик. Он на мгновение задумался, потом встрепенулся:
-- Мне не довелось с ним общаться. Да я, честно говоря, и дома у Катюши никогда не был. Мы с ней обычно перезванивались. Но я знаю с ее слов о порядочности и честности ее внука…
-- Ох, Николай Семенович! Вот поверьте мне, очень часто у таких с виду воспитанных и домашних такие черти в душе водятся, что не приведи бог… Да и каждой бабушке верится, что ее-то внук самый-самый… Так что, пока не обнадеживайте Екатерину Ивановну, просто скажите, что я хочу кое-что выяснить.
-- Но вы попросите Алексея Александровича похлопотать об освобождении Кирюши?
Наивный Николай Семенович. Он думает, что я могу вот так запросто явиться к приятелю и попросить его походатайствовать об освобождении какого-то мне совершенно неизвестного парня. Да меня тут же подвергнут допросу с пристрастием, чтобы выявить, на каком основании я прошу за данного человека, кто он и что, и с какой это радости я решила его облагодетельствовать и так далее.
Мне совсем не улыбалась встреча с Алексеем. И тем более общение с ним по поводу просьбы Николая Семеновича. Но выбора у меня не было. К тому же я была уверена, что особой радости от моего визита Алешка точно не испытает. Однако мне надо известить приятеля о том, что я надумала кое-куда съездить, и получить индульгенцию на поездку в образе водителя-охранника. К сожалению, после моих прежних вояжей, мне не особо потворствуют в желаниях. Приятель откровенно заявил, что все мои приключения ему дорого обходятся.
Хорошо, если бы Алексея не оказалось в городе. Тогда можно пообщаться с Валерием Яковлевичем. Он, конечно, тоже не подарок, и даже въедливее патрона. Но обмануть его я могу с самыми честными глазами, чего не получается в разговоре с Алексеем.
К сожалению, Алексей Лепилов был в это время в офисном центре. Здание его, несколько вычурное, в псевдорусском стиле, было приобретено у одного из местных чиновников. Раз уж решил здесь создать свое новое строительное детище, посчитал Лепилов, надо завести достойный офисный центр.
Охранник, видимо, из местных, загородил мне дорогу. Но другой, взглянув на меня, тут же пропустил и напомнил, что кабинет хозяина на третьем этаже…
Я влетела в приемную, где должна была восседать секретарь Любочка, белокурая девица с пухлыми губками, осиной талией, ногами от ушей и непомерными, на мой взгляд, амбициями. В плане подбора помощниц мой приятель никогда не отступал от традиционных пристрастий.
Так как секретаря на месте не оказалось, а дверь была приоткрыта и оттуда доносились приглушенные голоса, я без особых церемоний влетела в кабинет приятеля и застала там пикантную картину… Но совсем не то, о чем можно было бы подумать.
В кабинете на офисном диване сидел крепкий дядька средних лет явно сельской наружности и соответственно одетый. Из его глаз катились слезы. Вокруг него суетилась Любочка. Напротив, в кресле расположился насупленный Валерий Яковлевич. А во главе переговорного стола восседал Лепилов.
Он первым отреагировал на мое вторжение и, уставившись на меня тяжелым взглядом, рявкнул:
-- В чем дело, Ксения? Ты видишь, я занят.
В этот момент сидевший на диване дядька (я вспомнила, что видела его в прошлом году на совещании, кажется, руководитель какого-то сельхозпредприятия) продолжил фразу, прерванную моим появлением:
-- …перевернули все документы. В правлении бардак. Их адвокаты и охрана заняли все кабинеты, а наемники из тех, кого уволил, бегают по деревням, выясняют, кто пайщик хозяйства, хотят сегодня же провести собрание, перекупить паи… Список искали, да не нашли, а он у меня… Помогите… Только на вас теперь надежда…
Тут его речь опять прервал мой приятель:
-- Ксения, ты еще здесь? Даже и не думай вмешиваться. Что тебе нужно?
Если раньше я особо не вслушивалась, то предупреждение Алексея стало для меня своего рода ускорителем. Впрочем, проблемы сельхозника меня сейчас мало волновали. Тем более, что все равно скоро все узнаю. А вот назло приятелю займусь сейчас же просьбой Николая Семеновича:
-- Я, видишь ли, как бы это сказать, решила посетить один детдом…
-- С чего это? – Лепилов подозрительно глянул на меня. -- Впрочем, почему бы и нет. Благотворительность, дело хорошее. Только выбери объект посещения где-нибудь за пределами области. Слишком много внимания к одним и тем же домам может привести к негативным результатам. Зайдешь к Алевтине Ивановне, я распоряжусь. Да, и обязательно с водителем. Любочка, проводи Ксению Андреевну…