Наверху я попыталась оглядеться. Но все покрывала первозданная тьма. Только в одной стороне еще виднелись еле уловимые отсветы давно севшего солнца.
-- Вот что, девица, -- произнес уже знакомый голос. – Мне приказано отвести вас в укрытие. Там переждете какое-то время. А потом как бог даст.
Я покорно двинулась вслед за провожатой, размышляя, что я могу знать такого, из-за чего на меня свалилась эта напасть. Если предположить, что из-за выяснения судьбы Сережи, так я даже имени его не успела назвать. Из-за того, что привезли подарки? Так их дальнейшая судьба нас уже не может волновать. Даже не представляю, что могло стать поводом к такому происшествию?
Предположить, что Тата причастна к этому, не могу. Она же меня и спасает. Кто бы еще отправил за мной эту женщину.
Мы двигались довольно долго по лесной тропинке. Было совершенно темно. Я то и дело спотыкалась о выступающие корни и какие-то кочки. Наконец тропа вывела к высокому забору и калитке. Моя сопровождающая стукнула в калитку, что-то пробормотала в открывшуюся форточку. Затем нам отперли дверь и впустили во двор. Женщина приказала следовать за ней. Мы шли вначале по земляной тропе, потом ступили на асфальтовую дорожку. В темноте понять, где мы, было сложно. Но то, что рядом были здания, я ощущала. Наконец, моя сопровождающая подвела меня к одноэтажному строению, открыла дверь, провела по темному коридору и ввела в маленькую коморку с узенькой кроватью, простым столом и иконами в углу. Здесь был свет. Он шел от лампадки, горевшей у иконостаса.
-- Располагайтесь. Сестры встают рано, -- предупредила моя сопровождающая и скрылась за дверью.
Если кто-то думает, что случившееся выбило меня из колеи, и я потеряла сон, то глубоко ошибается. Едва моя голова коснулась подушки, как я провалилась в небытие.
Утром в дверь стукнули. В комнатку вошла женщина в простом платье до пола и косынке. Она сложила руки на груди и, потупив взгляд, произнесла:
-- После трапезы мать-игуменья велела вам придти к ней.
Женщина сопроводила меня в трапезную. На мне тоже была такая же одежда, как и на остальных, так что я ничем от других не отличалась. Монастырская жизнь простая и регламентированная. Я раньше бывала в монастырях только на экскурсии, но из разговоров знаю, что труд здесь в почете. И монахини, и послушницы безропотно выполняют те послушания, которые дает игуменья. Потому ждала встречи с руководительницей монастыря. Она должна мне объяснить ситуацию. Без ее ведома меня сюда бы не пустили.
После трапезы все разошлись по своим делам. У каждой насельницы монастыря было свое послушание. Мне же предстояло идти к игуменье.
В хорошо обставленном кабинете, куда меня препроводила утренняя послушница, нас ждала невысокая, пухленькая женщина в одеянии монахини. Она отпустила мою сопровождающую и пригласила присесть.
-- Мы озабочены вашими проблемами, -- начала она неожиданно. – Из района сегодня не выехать, на всех дорогах посты. Так что придется вам побыть у нас денек-другой.
-- Благодарю вас за приют. Но не окажется ли это для вас опасным? Ведь отчего-то же за мной охотятся?
-- Думаю, что нам ничего не грозит. А вам может оказаться полезным пребывание в стенах нашей обители.
Я удивленно взглянула на игуменью.
-- Не удивляйтесь. Есть среди наших сестер кое-кто для вас интересный. Это ее решение. Я благословила на разговор с вами.
Игуменья звякнула в колокольчик. В кабинет вошла монахиня.
-- Сестра Манефа, проводите гостью к сестре Аполинарии.
И вновь я шла по дорожкам монастыря. Во всех его уголках были видны работницы. Кто-то копался в красиво оформленных цветниках, кто-то трудился на огородных грядках. Сестры были и в храме, и в хозяйственных постройках.
Меня привели в трапезную, а из нее уже на кухню. В ней исполняли послушание несколько человек. На зов откликнулась одна из монахинь. Она, поклонившись, передала работу напарнице и вышла ко мне.
Мы двинулись вдоль березовой аллеи куда-то в сторону леса.
-- Там, внизу, расположен святой источник, -- пояснила мне сестра Аполинария. – Люди едут к нам со своими болезнями, молятся, совершают омовения, берут с собой святую водичку…
Мы подошли к обрывистому берегу. На крутом склоне были сооружены из досок пролеты лестниц с удобными перилами. Далеко внизу виднелась крыша купальни.