Что было дальше, она помнит лишь обрывками. Она умудрилась вырваться из рук этих страшных мужчин, бросилась в воду, попыталась плыть к берегу. Там все всполошились, стали суматошно бегать по песку. Капитан и матрос старались утихомирить испуганных людей. А один из поднявшихся на яхту бандитов вскинув автомат, несколько раз выстрелил в мечущихся людей.
Наташе не удалось далеко уплыть от яхты. Вскоре ее схватили те, что оставались в лодке, рядом бросили связанного матроса, сняли с яхты оставшихся там бандитов и споро поплыли куда-то в темноту.
Пред грозные очи своего приятеля я предстала на следующий день. Валерий Яковлевич самолично забрал меня из Городца и отвез в Малый Калинов на разборку к шефу. Ближний свет, честное слово. Мог бы уж и в гостинице Надежды поселить. Так нет же, сначала спровадил домой, заставив меня пережить неприятную ночь в раздумьях, чем мне на этот раз грозит мое непослушание.
Нет, насколько проще жить, когда у тебя нет за душой таких вот грозных и влиятельных приятелей детства, возомнивших себя вершителями судеб и требующих жить по их указке. Правда, без него моя головушка, наверное, давно бы покоилась под калиновым кустом. Так что тут ничего не поделаешь. Раз уж он решил меня опекать, то изменить я уже ничего не в силах.
Лепилов сидел в своем кабинете за столом точно так же, как и несколько дней назад, когда я приходила за разрешением на поездку в детдом. Даже одет был, кажется, так же. Вот только не было того сельхозника на диване.
Я не стала играть в молчанку и тут же спросила:
-- А что стало с тем мужиком, что здесь слезы лил?
Алексей удивленно вскинул бровь. Ясонов ему что-то сказал вполголоса.
-- С чего это тебя он заинтересовал? – тут же вздыбился приятель. – Опять куда-то хочешь вляпаться?
-- Ну, вот еще, -- дернула я плечом. – Нельзя уж и спросить. Просто интересно. Помог ты тому дядьке?
Лепилов мгновенно обмяк и ядовито улыбнулся.
-- Ты знаешь, обошлись без твоего вмешательства. Подумаешь, рейдерский наезд. Это мы и сами умеем. Так что не переживай. Там все в порядке. Земли теперь мои, пусть селяне работают так, как считают нужным… А поговорим мы, давай, о твоем путешествии. Мне тут Яковлевич кое-что уже поведал. Но я деталей не знаю. Так что, рассказывай, я слушаю…
Я скептически глянула на Ясонова. Что он мог такого рассказать? Потом вспомнила, что у начальника службы охраны какие-то шуры-муры с Ольгой. Значит, Николай Семенович о чем-то там проговорился. Ну, значит, и мне можно. И я поведала о том, что случилось со мной за последние дни. Чего скрывать? Я ничего противоправного не совершила. Да, честно говоря, и никуда влезть не успела…
Мой приятель внимательно слушал рассказ, изредка переглядываясь с Ясоновым.
-- Так, значит, ты пришла на базу, а микроавтобус там уже стоял?
-- Ну, да. Я зашла на проходную, спросила, где машина, которую мне для детдома приготовили. Дежурная махнула в сторону стоянки, вон, говорит, ждет. Ну, я и пошла.
-- А на номера ты обратила внимание?
-- А зачем? Здесь только ваши машины. Да и кому нужно тратить деньги, закупать подарки для детдома, брать меня в попутчики, если все это можно осуществить и без меня?
-- Как выглядела эта девица? – продолжил допрос Алексей.
-- Как, как, обычно. Правда, возраст у нее приблизительно мой, но выглядит хорошо. На первый взгляд, намного младше.
-- Ладно, внешность опустим. Что она говорила?
-- А ничего. Молчала всю дорогу. Только на мой вопрос, как ее зовут, ответила, что Тата. А потом сказала, что полное ее имя Анатолия Альтман.
-- Да-а? – мне показалось, что Алексей чуть не подавился от сдерживаемого смеха. – Ты хоть документы ее смотрела?
Я вдруг обиделась:
-- Слушай, когда это я у твоих работников документы спрашивала? Я пока тебе верила…
-- Ну, мне ты можешь верить и дальше, а вот у незнакомых все же документами интересуйся. Тем более, что я тебе направляю людей проверенных и лично тебе знакомых.
На это мне возразить было нечего. Действительно, всех, кого мне посылали Алексей или Валерий Яковлевич, я знала в лицо. Так что, действительно, это был мой прокол.
День спустя Ясонов опять привез меня в Малый Калинов. Оказывается, мой приятель Алешка снизошел до моих проблем и заинтересовался поисками тех, кто подставил внука Натальи Ивановны. Мне это показалось странным. Не такой уж Алешка альтруист, чтобы бескорыстно помогать в сомнительных предприятиях. Я даже могу предположить, что и меня он опекает из каких-то своих далеко идущих соображений. Потому что, находясь у власти, он приобрел чувство вседозволенности, гордыни и богоизбранности. Впрочем, как и все остальное, относящее себя к элитарному слою, общество страны. И я не сомневаюсь, что если случится ему переступить через мой труп ради каких-то своих целей, он это сделает не задумываясь.