Мы рассказали о сути поисков, о том, какие выводы привели нас в этот дом.
-- Димка не знает, что он не наш ребенок. Он очень переживает, что мама далеко, но мы ему объяснили с Леной, что мама больна. Анюта ведь действительно заболела. Она восприняла свой поступок как предательство в отношении сына. Наш мальчик при родах получил травму и на всю жизнь должен был остаться глубоким инвалидом. А отсутствие денег, лекарств и квалифицированной помощи вообще превращало его в растение. Я не осуждаю Анюту. Она поступила так вгорячах, когда согласилась на обмен. Но нашему мальчику там действительно было лучше. За ним был уход, Анюта до последнего дня была при нем. И если ничего не смогла сделать против его отправки за границу… это не ее вина. Такова жизнь… А вот Димку она не смогла принять. Он ведь был совершенно здоровый малыш, худой и забитый… но здоровый. И этого она себе не могла простить. А я так считаю, бог все видит. Он распоряжается нашими жизнями. Значит, так предопределено небесами, что мы должны заботиться об этом ребенке. И я о нем забочусь и надеюсь, что это помогает моему кровному сыну везде, где бы он ни был.
-- Значит, Дима не догадывается, что он неродной? – уточнила я.
-- А откуда ему об этом знать? Документы у сына настоящие, Леночка приняла его как брата. Она знает, что он неродной, но мы решили, что мальчик узнает правду только когда станет взрослым и то, если возникнет крайняя необходимость. Ведь у него родных не было. Мама погибла, бабушка с дедушкой тоже, а отец, если можно так назвать этого человека, сдал его в спецдетдом. Как будто не догадывался, что там творится. Деньги оплачивал за его содержание, большие деньги, а сам никогда не навещал.
-- Можем ли мы повидаться с Димой? – вклинился в разговор Ясонов.
-- Зачем? – недоумевающее взглянул на Ясонова хозяин дома. – Я точно знаю, что мальчик в армии, никуда он не отлучался. Я с ним в постоянном контакте.
-- Видите ли. Если мы нашли его, могут и другие. Нам не хотелось бы причинить ему боль, но… сами понимаете. Есть что-то в этом деле неясное, не хотелось бы, чтобы кто-то решал свои дела за счет Димы.
Наташа со стоном перевернулась на бок. Болело все. Казалось, на теле нет ни одного здорового сантиметра кожи, а внутри – ни целых органов, ни костей. Ее опять зверски избили. Ни за что. Просто одному из завсегдатаев притона доставляет удовольствие уродовать белых женщин. За это он платит огромные деньги, вот хозяева притона и закрывают глаза на его садистские развлечения.
Уже больше полугода прошло с момента захвата судна. Из воспоминаний осталось только то, как ее выволакивают из воды в лодку, где уже лежит связанный матрос, крики на берегу, и жуткая очередь из автомата, всколыхнувшая еще более ужасные крики.
Вскоре девушка поняла, что ее захватили в плен пираты. Раньше она только читала об этом в книгах и была уверена, что такое, если и было, то только в давно ушедшие времена. А оказалось, что эта древняя дикость вполне успешно процветает и в наши просвещенные дни. И где? Рядом с вполне цивилизованными странами…
После непродолжительного пути лодка пристала к берегу маленького островка с великолепной виллой с бассейном и пляжем. Хозяин всего этого острова появился довольно скоро. Он словно скотину осмотрел матроса, проверил зубы, сгибы локтей, ноги, потом что-то резко бросил на гортанном языке одному из пиратов. Тот молча склонился в поклоне.
Потом настала очередь Наташи. Тут заговорил руководитель пиратов. Он что-то доказывал хозяину острова, резко проводил ребром ладони по своей шее, хлопал кулаком одной руки по ладони другой. Но хозяин был непоколебим. Он гневно крикнул в глубь острова. Тут же появились несколько охранников с оружием, и спор был завершен. Пиратам вынесли кейс, в котором лежали деньги и пакет с белым порошком. Скорее всего, наркотики.
Больше этих пиратов Наташа не видела. Видимо, они промышляли разбоем в этих водах, нападали на прогулочные суда, брали заложников, а потом вымогали у родственников деньги. А если те не смогли оплатить, продавали пленников в рабство. Вначале у девушки затеплилась надежда, что и ее взяли в качестве заложницы. Она верила, что Михаил, пусть и женится на другой, все-таки найдет возможность ее выкупить… Но время шло, а известий от родных не было. И надежды стали таять, как легкие облачка в ясный день.
Вскоре она поняла, что владелец острова всего лишь перекупщик товара. Таких пленников, как Наташа и матрос, у него в подземном этаже дома в клетушках находилось десятка два разных национальностей.