Через час мы уже ехали в столицу в сопровождении машин охраны, словно я была то ли бандиткой, то ли олигархом, то ли высокопоставленным чиновником.
Екатерина Ивановна в нетерпении ходила по своему роскошному будуару, куда никто без приглашения не смел войти. Внешняя спокойность черт лица и прямизна осанки ничем не выдавали той бури чувств, что кипели в груди. Лишь изредка подрагивание тщательно ухоженных подагрических пальцев выдавало ее состояние.
Хозяйка будуара ждала известий от дочери. Совсем недавно размеренное течение их благополучной и устроенной жизни было неожиданно вновь нарушено. Вначале случился накат на модельный бизнес. Он, конечно, не приносил тех ощутимых прибылей, на которые в свое время так надеялись, но и убытков не было. А Екатерина Ивановна придерживалась принципа, что курочка по зернышку клюет, а к вечеру всегда сыта. Потому от модельного бизнеса не отказывались. Но вот примерно с полгода назад в хорошо отлаженном деле все стало рушиться. Вначале неприметно для постороннего взгляда, а потом пошел просто обвал. В районе появилась очередная, на этот раз этническая «крыша». Молодцы рьяные, ушлые и беспредельные. Потом объявился новый владелец здания, где располагались мастерские, и потребовал освободить помещения. В довершение ко всему произошел рейдерский захват офиса головной фирмы модельного агентства.
Екатерина Ивановна, может быть, и махнула бы рукой на все это. Но параллельно начались неприятности и в рекламном агентстве, принадлежащем зятю. Пошли какие-то судебные иски, претензии от постоянных рекламодателей с одной стороны и прикормленных средств массовой информации -- с другой. Агентство то обвиняли в плагиате, то в использовании уже запатентованных способов подачи информации, то еще в каких-то грехах, о которых буквально год назад никто и не подозревал.
Дочь предполагала, что на рекламный бизнес идет накат со стороны нового, пока неизвестного конкурента, таким способом желающего выбить их с удобных позиций. И самое обидное, что все их благополучие, с таким трудом добытое, охраняемое высоким положением родителей зятя и их приближенных, которым Елена и Екатерина Ивановна с помощью агентства оказывали ощутимые услуги в ходе предвыборных кампаний, висело на волоске из-за того, что в последнее время все эти люди отошли от дел. Тылы агентства остались без прикрытия.
Конечно, родители Михаила могли бы порадеть за внука, которого многие годы просто боготворили. Остались у них связи и в новом руководстве страны. Но… И это больше всего жгло сердце Екатерины Ивановны и вселяло беспричинное беспокойство в душу… В последнее время сваты совсем перестали интересоваться судьбой Кирюши. Насколько раньше они дня не могли прожить без своего внука, настолько теперь окружили себя непробиваемой стеной молчания. И это в то время, когда мальчику просто необходима была помощь.
Екатерина Ивановна была в курсе всех проблем внука. В отличие от Елены, которая сына разве что терпела, бабушка внука обожала и давно закрывала глаза на некоторые шалости Кирилла, относя их на счет роста. Когда тот занялся распространением наркотиков среди сокурсников, посчитала это за творческую инициативу в поиске новых видов бизнеса. Главное, чтобы сам Кирилл не употреблял эту гадость. Остальные, те, кому он продавал наркотики, ее не интересовали. Считала, что чем меньше конкурентов будет у внука к выпускному курсу, тем больше шансов окажется на получение удобного и теплого места где-нибудь в Европе или Америке. Тем более, что у сватов в основном бизнес был сосредоточен именно за океаном. А кому он еще достанется, как не обожаемому Кирюше? Но в последнее время все мечты бабушки о благополучной и устроенной жизни за счет наследства внука стали рассыпаться как песчаный замок под летним сухим ветром.
Неожиданно мысли Екатерины Ивановны были прерваны стуком в дверь. В будуар вошла Елена. Дочь в последние годы похорошела. Благодаря нескольким удачным пластическим операциям ее довольно-таки заурядная внешность, о чем в душе всегда горевала Екатерина Ивановна, приобрела определенный лоск и утонченность.
Но сегодня дочь была явно не в настроении.
-- Что случилось? – Обеспокоено осведомилась мать. -- Не томи, рассказывай, что еще на наши головы?
Елена села в кресло, протянула руку к столику, где стояла бутылка элитного коньяка. Мать в сложные жизненные моменты позволяла себе глоток для снятия напряжения. Вот и дочь плеснула в стакан янтарного напитка, махом проглотила его, передернула плечами, прежде чем начала говорить: