Неожиданно она наткнулась на взгляд, полный ненависти, и чуть не подавилась дымом. Уж очень этот взгляд был чем-то знаком и даже пробуждал какие-то воспоминания. Но, неудачно затянувшись, она была вынуждена выскочить из круга зрителей и отойти в сторону, чтобы прокашляться. Такого с ней не случалось много лет. Так осрамиться.
Она опять глянула в ту сторону, откуда поймала этот взгляд, и почувствовала неприятную испарину. Под кроной какого-то заморского дерева, вместо листвы покрытого сплошным облаком розовых цветков, стоял ее муж, Михаил Семибратов. Она уж и не ждала, что когда-нибудь увидит его. Прежнее чувство собственницы мгновенно всколыхнулось в душе. Она его ненавидела, когда он был неряшлив в своем алкогольном сумасшествии. Но сейчас это вновь был лощеный и пышущий здоровьем мужчина, притягательный для женских глаз. И у нее вновь, как и прежде, от злобы стянуло горло. Опять этот ловелас смотрит на сторону, опять не видит в ней женщину, не ценит ее успехов. Это было непереносимо. Она готова была своими руками задушить его, лишь бы не видеть этого удивленно-вопросительного взгляда, брошенного не на нее, а куда-то в сторону.
Елена подскочила к Михаилу с требованием объясниться, каким образом он здесь, и что все это значит, но тот, лишь равнодушно скользнув по ней взглядом, отвернулся, словно не узнавая.
Тут же, рядом с ним появилась его мать Елизавета Петровна. Она брезгливо обошла оторопевшую от такого невнимания Елену и взяла сына под руку. Что-то сказала ему, и они оба пошли в зал.
Бал был в самом разгаре. Пары кружились в вихре вальса. И в этой круговерти трудно было отыскать кого-то из знакомых. Но это было и не нужно. Потому что тут же, у входа, Елену подхватил и утянул в танцевальный круговорот один из новых знакомых. Он представился топ-менеджером модельного агентства. Увлек ее разговорами о тенденциях в современном модельном бизнесе. И вскоре она уже не думала о Михаиле. Действительно, что он для нее? Отработанный материал. Вряд ли после стольких лет беспробудного пьянства в его голове родятся новые современные идеи…
Я откровенно скучала. Слишком много незнакомых. Не с кем поговорить. Алексей куда-то испарился, а с ним, естественно, и Ясонов.
Исчезнуть незаметно было невозможно. Протискиваться сквозь строй разгоряченных танцоров посчитала для себя глупым. Обязательно кто-то прицепится с какой-нибудь плоской шуткой, на которую не смогу найти достойного ответа и буду чувствовать себя все время ущемленной в чувствах. А мне этого не хотелось. Раза два подходили молодые люди с приглашениями на танец. Но разговора не получалось. Все думала, куда запропастился приятель со своим охранником. Я ведь здесь была исключительно в качестве их приставки, не больше, не меньше. Все их разговоры меня не интересовали. Хотелось вернуться домой, забраться на диван с хорошей книгой или с ноутбуком и заняться тем, что меня интересует…
Неожиданно к моему креслу протиснулась, я даже глазам не поверила… Наталья Ивановна, протеже Николая Семеновича. Мне показалось в начале бала, что я ее видела, но потом решила, что обозналась. И вскоре забыла…
-- Как вам, Ксения Андреевна, этот бал? – осведомилась она, оглядываясь в поисках стула. Из толпы появился стюард и тотчас придвинул ей кресло.
-- Я не любительница подобных мероприятий, Екатерина Ивановна.
-- Каким же образом вы здесь оказались? – полюбопытствовала она, впрочем, без всякого видимого интереса.
-- Так уж случилось, -- не стала вдаваться в подробности и я.
-- Что-то вашего приятеля не видно.
-- Развлекается.
-- Что же это вы не следите? Так ведь могут и увести, -- усмехнулась она. – Впрочем, нам с вами, в нашем возрасте, уже не до похождений. То ли дело молодежь. Вот моя Леночка, к примеру.
Я в душе аж взвилась от такого нахальства. Как это она ловко. С улыбкой и показной доброжелательностью нахамила, и ничего ответить не могу. Приравняла меня к себе по возрасту. Хотя отлично знает, что я училась с ее дочерью в параллельных классах. Умеют же некоторые вот так запросто оскорбить человека и потом с презрением выслушивать его неумелые оправдания и доказательства…
Впрочем, я заниматься такой ерундой не стала. Тем более, что мгновение спустя за спиной послышался характерный прононс приятеля:
-- О, Ксения, у тебя и здесь появились знакомые?