-- Раньше тут все было просто. Но теперь скупили все участки чиновники из госаппарата. Вот и установили охрану… -- послышался тихий ответ со стороны обочины. Там один местный абориген мел дорожку.
Я от неожиданности предположения даже фыркнула:
-- С чего это вы взяли? Наши чиновники, все как один рапортуют, что в собственности имеют двушку или трешку и подержанную иномарку. Дома они приобретают за рубежом, так сказать, создают запасной плацдарм на случай, если впадут в немилость к власти. Вот там они на наши денежки и строят себе хоромы, покупают замки, даже острова, отели, яхты… Правда, от греха подальше, все это переводят на имена жен, детей, любовниц…
-- Ну, ну, вам виднее, только не советую так громко об этом говорить здесь, -- предостерег почти шепотом абориген и продолжил свою работу.
-- А действительно, Николай Семенович, кто здесь живет? К какому классу принадлежит ваша знакомая? Скорее, бизнес средней руки? Потому что наши олигархи давно уже перебрались за границу, уютно устроились в Англиях, Австриях, Эмиратах…
-- Это вы, Ксюша, на своего приятеля Алексея Александровича намекаете?
-- Господь с вами, Николай Семенович. У Алексея, конечно, недвижимости за рубежом немерено, но, как бы это сказать, вся она среднего уровня, без всех этих показушных излишеств. Хотя я его не защищаю, но в последнее время он из страны не вывел ни копейки, а сами знаете, наоборот, привлек свои капиталы в страну, стал развивать приобретенный бизнес здесь, в глубинке, хоть и через великие препоны со стороны местных властей. А на это в наше время большая отвага нужна. И талант отбиваться от алчных и агрессивных наездов чиновников всех мастей…
За разговором мы добрались, наконец, до цели нашей поездки. От круглого фонтана перед домом, выполненного то ли действительно из зеленого малахита, то ли это была удачная имитация, не разберешь, во все стороны разлетались прохладные брызги. Завеса водяной пыли в лучах солнца искрилась и сверкала, а над подковой вздымающихся ко второму этажу лестниц висела яркая, сочная радуга. Как в детстве, когда дождевая туча под порывами ветра уплывала дальше в поля, и солнечные лучи рисовали на небосводе разноцветную радугу. Иногда, не одну, а две, три…
Навстречу нам вышла высокая, сухопарая дама в изящном платье и туфлях на довольно высоком для ее возраста каблуке. Я себе такого по известным причинам позволить не могу. Хорошо, что пришла мода на балетки, а то бы приходилось ходить в тапочках.
-- Здравствуйте, дорогой Николай Семенович! – расплылась дама в улыбке, обнажив два ряда великолепных жемчужно-белых зубов, -- как я рада, что вы, наконец, вняли моим просьбам и приехали…
-- Здравствуйте, Катенька, -- мой спутник церемонно склонился к руке своей знакомой. Мне на мгновение стало смешно. Больше полувека подобные церемонии высмеивались и выживались из нашего сознания. Уже давно нет в живых никого, кто помнил те времена, когда такое обращение было в ходу, а вот, поди ж ты, как живучи представления о воспитании и этикете. Меж тем, Николай Семенович приступил к церемонии нашего представления:
-- Вот, Катюша, как и обещал, привез к вам Ксению Андреевну. Прошу любить и жаловать. А это Екатерина Ивановна, о которой я вам рассказывал…
Я в это время прилагала усилия, чтобы вспомнить, где я могла видеть эту даму. То, что эта встреча могла произойти не в последнее время, я была уверена. Возможно, что в Грозном, раз уж Николай Семенович именовал ее своей соседкой. Но никто из жителей окрестных улиц моего детства на ум не приходил.
Меж тем хозяйка пригласила нас в дом. И тут я убедилась, что наш приезд для нее чем-то значим, потому что, имея прислугу, она вышла нам навстречу сама.
В гостиной накрыли чайный стол. Янтарный напиток хозяйка разливала в изящные фарфоровые чашки с золочеными вензелями. Кусочки сахара, полупрозрачные дольки лимона, масло, сыр, покрытый росой, тончайшие ломтики хлеба – все на серебряном гарнитуре, созданном только для чайной церемонии. И чай был великолепен. Я отнюдь не гурман и обычно довольствуюсь тем, что есть. А здесь все было подчинено соблюдению этикета, получению наслаждения не только от вкуса, но и от запаха и от эстетики оформления чайной церемонии.
Николай Семенович увлек хозяйку в воспоминания их давней молодости, работы, общих знакомых, давая возможность мне осмотреться. Гостиная, большое помещение, со вкусом обустроенное, по всему видать, дорогим модным дизайнером, все-таки казалось мне безликим. Стены украшали картины, выполненные яркими крупными мазками. Но мне они ничего не говорили. Обычное оформление интерьера.