Разумеется, сексом это заниматься не мешает, — популярная в цивилизованных частях Республики безусловная контрацепция очень этому помогает. В нее включается все методы, которые стопроцентно не дадут завести детей до тех пор, пока с этой целью специально не обратятся к врачам. Один из самых удобных способов у носительниц XX-хромосом заключается в том, чтобы сдать свои зиготы на хранение в одну из множества клиник по «планированию» семьи. Благо заморозка в карбоните надежно защищает их от разлагающего влияния энтропии. И бич современного земного общества — увеличение с возрастом женщины шанса на генетические отклонения у ребенка минует тех, кто заблаговременно сдал «свое будущее» на хранение. Да и презервативы из более удачных материалов, нежели латекс — не оценить по достоинству нельзя.
Но, видимо на Набу эти достижения контрацепции не завезут и через тысячи лет.
Мое насквозь техногенное мышление, легко позволяет понять, как устроена и по каким законам эволюционировала местная техносфера и как ее можно использовать не хуже местных. Или же то, как они сами могут ее использовать. Но только предполагать — истина, далекая от рациональной оптимизации может быть бесконечно далекой от моих предположений.
Привычка нестандартно мыслить в просторах изометрии технических сооружений и обостренная математическая интуиция не способны помочь мне понять устройство этого общества. Я чувствую себя, как рыба, выброшенная на берег. Не знаю ни местных законов, ни табу и негласных правил. Привычный мне набор образов и правил, благоприятную атмосферу, которая всегда меня окружала, удалили в одно мгновение — и утрата столь привычной вещи, что ее уже перестаешь замечать ударила по мне взрывной декомпрессией, превращая ткань легких в рыхлый поролон… Но один мой знакомый пилот это пережил, хотя это его и сломало. Но он все равно упрямо хромал, несмотря ни на что, к своей жуткой цели. Оставалось впечатляться его целеустремленности, и брать с него нездоровый, но сильный в своем безумии пример.
Я не жаловался команде на это ни разу, да и Травера, кажется, все равно интересует только то, что я хожу на двух ногах, говорю на основном и способен нажимать на триггер бластера. И то, что я не болтлив — когда это касается наших дел. Но все равно я чувствовал себя не в своей тарелке, не понимая, что почем. Капитана это только забавляло, и он не спешил мне помочь, наблюдая за мной и не лишая сомнительно удовольствия познания мира на собственном опыте. Я, как выброшенный из гнезда птенец должен был либо разбиться, либо научиться летать.
Что еще хуже в тесной каюте корабля я чувствовал себя в безопасности, пусть даже и запертый в тесную раковину с одним единственным выходом. Здесь же в Корусанте я никак не мог смириться с постоянным ощущением взгляда, скребущегося в затылок. Камер в мегаблоке было столь много, что числом они значительно превосходили его население. Включая те, что каждый носит с собой вместе с микрофоном.
Носишь с собой смартфон в чистоплотности производителя которого ты не уверен — веди себя так, словно бы ты в прямом эфире. Даже если он выключен. Здоровой и не очень паранойей меня заразил Травер, но он относился к конспирации специфически — пока ты не покушаешься на чей-нибудь кошелек, ты никому не нужен. До тебя есть дело только корпорациям держащим копирайт — им до всех есть дело, но ровно до тех пор, пока это приносит дополнительные прибыли, а не становится убыточной войной с мельницами.
Мне Травер советовал по этому поводу не запариваться — излишняя и не умелая конспирация лишь привлечет внимание, говорил он. Лучший рецепт оставаться незамеченным — это искусный блеф. Изображай неуловимого Джо в обычной ситуации, а когда ведешь дела, щедро корми свою паранойю. Но соблюдать полную анонимность постоянно — в корне неверная стратегия. Где-нибудь да проколешься обязательно — пусть будет канал для контролируемого слива информации. Деревья ведь надо прятать не в степи, а в лесу?
Но я не мог ничего не бояться и спокойно шагать, изображая благонравного горожанина. Злой червячок грыз меня за мозжечок постоянно. Хотелось что-нибудь сотворить эдакое. И одновременно с тем я боялся привлечь к себе внимание.