– Вижу, – сказал я. – Республиканский фрегат. И парочка «молотоголовых»[6]. Ну от этих корыт мы оторвемся.
Я вручную задал тип целям, не дожидаясь пока компьютер сопоставит сигнатуры с занесенными в базу данных. Хорошо, что у военных и таможенников не такой богатый выбор судов.
– Они достаточно быстрые, – предупредил меня Травер. – Но меня больше беспокоят истребители на их борту.
– И три линкора типа «Кэл». Да они тут целую эскадру пригнали!
На дальней орбите зависли древние, как пирамида Хеопса корабли. Они помнили еще последний, хрен знает, какой по счету, Алсаканский конфликт. Прикрытые толстыми бронеплитами, несшими следы ярости атак древних войн, длиной до трех километров, ныне они уже не были грозными судами. Они выполняли скорее роль условно самоходной боевой станции или пункта снабжения и управления. Несмотря на циклопические размеры, их щиты имели смешную емкость, а вооружение было достаточно архаичным и неэффективным против современных судов. В современной военной науке лидирующее положение занимали маневренные суда средних размеров, потеснив этих гигантов на задний план. С другой стороны монструозная РЛС этого археозавра имела диаметр апертуры[7] в добрых полкилометра. Законы радиолокации, не обманешь, во всяком случае, мне неизвестно как это сделать – какой электроникой не обрабатывай данные и из каких материалов не делай передатчики и приемники, а выступать против них тщетно. Размер – это важно. Как и вес; мощь генератора. Это значило, что уж нас-то они увидели намного раньше. Несмотря на кошмарную разницу в ЭПР. Корабль Травера был обмазан радиопоглощающим покрытием, но длина волны облучающего нас передатчика такова, что эта профанация была не полезнее циммерита. Лишний вес, а не маскировка.
Дальность обнаружения цели пропорциональна мощности РЛС и ее ЭПР в корне четвертой степени. Важна сейчас не цифра «четыре» – важно, что стоят они под одной степенью. Их ЭПР намного больше нашей, но и мощность РЛС пропорционально выше. Что вроде бы уравнивает шансы. Но тут следует учесть другие диапазоны длин волн. Не говоря уж о том, что они должны были засечь наш выход из гиперпространства еще за десять минут до него самого. Но заранее на перехват никто не выдвинулся – ветку голосвязи сюда никто еще не проложил, и они не имели представления, кто же сюда спешит. Возможно, нас приняли за своих – это было столь очевидно, что я не стал обсуждать это с капитаном. Вот так, занимаешься контрабандой – разбирайся в основах радиолокации. Вообще объем знаний, который должен иметь достаточно профессиональный контрабандист, зашкаливает. Тут по-хорошему нужна военная квалификация. Поэтому и нужен, к примеру, специальный пилот и отдельный навигатор – слишком велика нагрузка на одного человека. Особенно, когда дело доходит до того, чтобы оторваться от преследования или прорвать блокаду.
– К чему бы это? – встревожился капитан. – Мы должны как можно быстрее войти в атмосферу[8], там от их истребителей не будет проку.
Он прав – их пушки мощные – в единичном залпе, но долго накапливают энергию для выстрела, пока пользуясь превосходством в маневренности, эти корабли–москиты находятся на безопасном для себя расстоянии. Поскольку реактор истребителя куда слабее нашего, честную дуэль им выдержать не дано. И ракеты – главный их козырь в атмосфере не могут разгоняться до тех скоростей, которые приобретают в космосе. Поэтому сбить эти медленные цели нетрудно – комплекс бортовой обороны обеспечит надежную защиту. Вдобавок их кинетическая энергия в этом вязком море капельной жидкости[9] совсем не внушает. Поэтому наш щит должен прикрыть нас как от первой, так и от второй угрозы. Это если мы все же вступим в конфликт; но капитан, по-моему, имел в виду совсем иное.
– Оу! – удивился я. – Мы вроде бы не собирались вступать в битву с республиканским флотом. Мы же не настолько сошли с ума? – спросил я его. Я очень на это надеялся.
– Они нас сейчас и не видят. Эскадра - эскадрой, а поле искажения работает, – сказал с усмешкой Капитан. В оптическом и только в оптическом диапазоне нас и вправду не видно, а радары с такого расстояния нас могут и не засечь. Но, увы – капитан не прав. О чем я и не преминул ему сообщить.
– Прекрасно видят, – возразил я, смотря на радарную обстановку. – К нам на перехват уже выдвинулся фрегат и несколько истребителей.