Одна из причин, почему я учу арканианский язык. Язык, как известно напрямую связан с мышлением – а арканианцы же хотя и не чужды неких идеологий и высоких устремлений, но в куда большей мере, чем homo рациональны. Пусть и куда более бессердечны, по мнению большинства тех же homo.
Реван далек от всех таких далеких и пространных рассуждений, он – практик. Да, верно, практик. И этим всё сказано. Его не интересует некая абстрактная истина. Жаль, но здесь наши интересы не совпадают.
Как бы то ни было, можно сделать так, чтобы головной мозг человека воспринимал несуществующие сигналы о не существующих же вещах. Или же наоборот – не воспринимал то, что существует в реальном мире. Будто бы его и нет вовсе. Реальное воздействие от нереального явления…
А что если и весь мир вокруг «убедить» что нечто нереальное оказывает на него вполне ощутимое и измеряемое воздействие? Результат-то все равно выражается в физической реакции – мозги это или нет.
Меня пробрала дрожь – как тогда отличить «настоящее» и «не настоящее»? Если весь мир, мир который я воспринимаю, будет воспринимать такую иллюзию, порожденную моей волей как некую субъективную реальность?!
Вспомнились известные «затейники»: Сатал и Алима Кето – «Краты». Джедаи говорят, что всё что они делали, было лишь жалким обманом, иллюзией… но почему тогда корабли сгорали по настоящему, а люди умирали? Целые армии и флоты погибали, сражаясь с иллюзиями? А Нага Садоу? Где та грань, когда обманывается не килограмм с чем-то серого и белого вещества, в котором беспричинно возникают сигналы и реакции, а целые корабли и организмы? Ведь какая разница, в чём беспричинно происходят некие физические явления? Даже если это удары мечей и попадания «выдуманных» турболазеров.
А тот призрак из коррибанской гробницы – я ощущал его как нечто реальное! Не иллюзию. И голова после той «промывки» болела по-настоящему. Зыбкая граница между наваждением и реальностью – боюсь, если я слишком долго буду искать ее, то заплутаю в противоречиях между материальной и идеальной картиной мира.
Решено.
Логическая цепочка завершилась – я понял, что грань межу «иллюзией» и «реальностью» благодаря воздействию Силы можно стереть в достаточной мере, чтобы с позиции практической такую иллюзию можно было воспринять как сотворенный твоей волей объект. В эту теорию укладываются и любые иные воздействия Силой.
Первый шаг сделан – я осознанно убедил себя в этом. Не прибегая к самообману – это должно придать мне уверенности. Хорошо!
У меня с людьми еще ни разу подобное не получалось – только с дроидами. Возможно, они кажутся мне проще, более четко и ясно устроенными – скроенными по чертежу, согласно плану сконструированными механизмами. И потому мне и легче работать с их нейроматрицами, что убежден в их «простоте». Возможно.
Рабочая гипотеза.
Камеры – голокамеры, а ведь все это ради вас! Готовьтесь. Даже запах дерьма не мог отвлечь меня от мыслей.
Да – мир зеркало, отражающее наше о нём представление. Да, он реален и материален – я привык быть в этом убежденным. И «да» и «нет» – одновременно. Похоже на состояние квантовой неопределенности. Но это, в общем-то, неверифицируемые утверждения. Но мое отношение к этому миру, моя вера в то или иное, моя воля способна его изменить. Что будет, если на миг убедить себя в его иллюзорности? Выбрать одну из двух версий? А если это противоречие только кажущееся? И без квантовой логики тут и шага не ступишь. Принцип неопределённости в действии.
Одного этого мало.
Двигаясь дальше – я могу любую квантовую неопределенность разрешить именно так – как мне нужно. Да – я могу убедить себя в этом, пусть и ненадолго. Почему бы и нет? Ведь когда я вижу картину будущего из множества, мириада случайных событий я выискиваю именно ту, которая меня устраивает. И затем стремлюсь к такому своему, светлому или не очень будущему. Играя в карты, я выбираю вариант будущего и двигаюсь в его направлении.
Событие перестает быть случайным, становится детерминированным. Если верить Ревану. Датчики в этой голокамере, как и микроболометры тепловизоров, как и датчики в матрицах цифровых камер так малы, что квантовые явления их не обходят.