Дрожь, волна адреналина вновь проходят через меня, как в тот обжигающе горячий миг боя. Одно только воспоминание, глубокое переживание прошедшего вновь вводит меня в состояние измененного сознания. И вот, я, лежа на промокшей от пота простыне, стараюсь унять сердцебиение, очистить сознание.
Может еще не вся дурь выветрилась из моей головы? Или это тот самый рецидив после принятия психоделика? Которым, бывает, пугают разные ведомства?
И после всего этого я ощущаю в себе еще большую усталость и гложущую изнутри пустоту.
Несмотря на тяжелые мысли, пьяно бродившие в моей голове, сон все же сморил меня, унося далеко от дневных забот. Этой ночью он был почти спокойным, тяжелые, безобразно массивные образы быстро выветрились под утро, оставив после себя лишь легкий дискомфорт и головную боль.
Собрав свои вещи, я уже собрался уйти по-английски, как на выходе встретил бородатого мастера.
– Сбегаешь? – спросил он.
– Предпочитаю термин «тактическое отступление».
– Не занимайся самообманом. Привыкнешь, – проигнорировал мое шутовство Бода.
– И на пороге ты не оставляешь нравоучения, – нисколько не удивился я.
– Если меня ты слушать не намерен, то возьми вот это, – он вложил мне в руку инфочип.
Я вздернул брови.
– В чтении, подсказывает мне Сила, твой скептицизм проявит себя в полной мере. И если ты не хочешь меня слушать, то прочитать чье-то мнение, даже если с ним не согласен, будешь вынужден.
– Это коварный план, – читать я люблю.
– Этот вопрос мы уже обговорили.
– Ах да. Тогда я пошел, – я кивнул и, наконец, вышел из этого офиса, задержавшего меня на пару суток.
Удалившись от массивного небоскреба, я сел в первое попавшееся аэротакси, убедился в его настоящей случайности, забился в самый темный угол и судорожно щелкнул пальцами. Над указательным мигом заплясал призрачный, едва заметный бесцветный огонёк, меньший даже, чем у тоненькой фитильной свечи. Всё же я так и не забыл, как его крадут, – довольно подумал я. – Полюбовался с минуту на крохотный прирученный огонь. Огонь! Что может быть важнее? Основа, если помнится. Выходит, я не зря спускался на поверхность Кореллии.
ПРИМЕЧАНИЯ:
[1] Великий магистр ордена, также гроссмейстер (фр. Grand maître, нем. Großmeister, исп. Gran Maestre). Напоминаю, что небезызвестный Жак де Моле, Великий магистр Ордена тамплиеров на английском звался так: «Grand Master of the Knights Templar». Комментарии, как говорится, излишни. Надмозг в переводе звания Великого магистра Йоды запротоколирован. Это который «Grand Master of the Jedi Order»
[2] В хэдканоне автора присутствует следующая шкала(в силу существующих разночтений):
7000 – достаточно для вступления Орден. Великий магистр Йода - 17,700, Энакин Скайуокер - 27,700. Мэйс Винду и Дарт Мол - 12,000. Однако к этим данным, полученным из сомнительного источника, следует относиться с известным подозрением. Ведь у того же Ревана - 10,200, что меньше, чем у Малака, Дарта Бэйна, Экзара Куна, Оби Вана-Кеноби да и вообще подавляющего числа известных ситов/джедаев. (У них в пределах от 10,000 до 15,000). Что, возможно, следует рассматривать как положительную характеристику Ревана. Но всё это говорит о том, что линейный разбег не столь велик. А потому есть множество иных факторов «могущества» помимо этих цифр.
[3] Словосочетание «Сверхъестественные явления или способности» - оксюморон. Пусть и традиционно применяемый. Поэтому и заключаю явную глупость в кавычки
[4] Длинный – не характеристика. Это устойчивое словосочетание (длинный меч) является наименованием конкретного типа холодного оружия. «Longsword» по-английски, что характерно, пишется слитно. Он же полутораручный меч.
[5] О шпагах и рапирах напишу позже. Если надо. Как и о световых мечах. [место для будущей ссылки]
[6] В европейских фехтбухах приводятся приемы для противостояния рапира/длинный меч. Исторически на стыке Высокого Средневековья и Раннего Возрождения они встречались друг с другом, также как и кригмессер с длинным мечом, или даже кригмессер с рапирой. Хотя, проведя аналогию с современностью и «танчиками» – СУ-100 воевала и в 2016 году. Насколько успешно – не знаю. Но могла встретиться с современной техникой в одном бою. Да и сам факт любопытен.
28. Формикарий
«Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей».
«Евгений Онегин. Роман в стихах» А. С. Пушкин
«Человек может играть силами природы лишь до определенных пределов; то, что вы создали, обернется против вас».