– Совершенно верно, – согласился арканианец. – Дешевая рабочая сила – это преимущество варварского периода экономики. Дико и несуразно. Конкурентоспособна только дорогостоящая рабочая сила – это не только лишние затраты но и рост производительности труда. Останутся в итоге только те, кто производит много высокотехнологического продукта, и много его потребляет. Впрочем, индивид может и потреблять меньше, уменьшая затраты личного времени на работу. Но его влияние в обществе должно быть напрямую связано с той пользой, которую он ему приносит.
– А среди этих более приспособленных людей, не возникнет ли вновь нового расслоения? – закономерно спросил я его.
– Возникнет, отклонения неизбежны, – философски сказал Аболла. – Всегда будет часть тех, кто не смог приспособиться, хотя и имел к тому все возможности. Как считают и говорят люди, разумеется. Но это не повод давать им гражданские права или позволять им жить среди достойных граждан. Вместо того, чтобы развиваться индивидуально и коллективно всем видом, лучшие из людей предпочитают оглядываться на мнение балласта, который от них же и зависит. Даже веруя в то, что управляют им, они продолжают зависеть от него. Неужели вашими правителями движет страх столкнуться с разумными подданными? Ведь тогда не получится скармливать пустые обещания толпам полудебилов. А может, люди просто испытывают извращенное чувство удовольствия от доминирования над другими менее развитыми представителями своего вида? Неужели вместо того чтобы стремиться жить в среде себе равных, необходимо править стадами идиотов? Наслаждаться властью над менее развитыми? Это выглядит отталкивающе. И ещё более отталкивающе то, что эту парадигму они навязывают всей остальной галактике, – сказал Аболла
– Я много слышал про арканианцев, но не думал, что вы так относитесь к власти, – поразился я. – Кроме того, я слышал достаточно, чтобы подобные идеи, звучащие из уст арканианца, выглядели странными.
– Мне отлично известно мнение о моем виде как среди хомо, так и среди большинства других видов галактики. Оно основано на неверной трактовке мотивов наших действий. И на верной тоже. Некоторые утверждают, что мы ксенофобы и видисты. Отчасти верно. Но то, что люди видят естественным и понятным для других видов, совершенно не прощают нам. Мы не люди. Достаточно похожи внешне, и это заставляет их измерять нас своими наивными, граничащими с глупостью нравственными единицами. И не находя в ответ этой биологически обусловленной симпатии к кому-то похожему на себя это вызывает отторжение.
Да, нас в действительности интересует только своя собственная жизнь, будущее своих потомков и своего вида. А насчет равноправия - у нас на Аркании, как и положено в мире, входящем в Республику, оно есть. Ко всем применяются одинаковые нормы, и те, кто слабо отличаются от животных в своем поведении, разумеется, не могут иметь тех же прав, что и все остальные граждане Аркании.
– И это относится к любым разумным?
– Разумеется. Если они арканианцы.
– А как же равноправие? – хохотнул я.
– Все животные равны между друг другом. Я не вижу разницы между большинством тех, кого Республиканская комиссия по разуму признает разумными и дикими зверями. Такое же лишенное рефлексии поведение. Прочие виды не заинтересованы приносить пользу нашему виду, и поэтому аналогично я не вижу никакого интереса в том, чтобы уважать их права и приносить пользу им. Мы, конечно, взаимодействуем с другими видами, но только в случае, если нам это выгодно. Или это интересно. Здесь, к примеру, на Нар-Шаддаа я придерживаюсь общих правил игры, но не из-за неких нравственных принципов, а из соображений практических.
– Предельно логично, разумно и цинично, – кивнул я. – Но ты назвал животным и меня. Это не слишком разумно.
Он молча, не оборачиваясь, указал за спину, где стояла пара дроидов.
Я еще раз вспомнил, что опаснее таких дроидов только джедаи. Люди слабы, заторможены и обладают известным лагом в две десятых секунды на принятие любых решений. Меткость же дроидов ограничена только точностью самого оружия, реакция - скоростью работы мощных сервоприводов. Бросаться на них с мечом глупо - даже мои доспехи неплохо прикрывают от ударов виброоружия, разрубить же корпус дроида ещё проблематичнее. Кроме того дроиды не боятся, не отступают и фехтуют эффективнее человека. Поскольку каждого человека надо учить с нуля - а дроид любой новой модели научен единожды, а навыки его воистину мастерские.