Закрываю глаза и растираю пульсирующие виски, желая избавиться от головной боли, которая лишь усиливается. Возможно, Островский выдумал всё это, чтобы заставить играть по своим правилам, но я хорошо помню день, когда нашла в ванной пистолет, спрятанный Ромой. Из него он стрелял в Аронова, и не придумал ничего лучше, как принести оружие в квартиру. Каждое действие мужа становится логически понятным, если учесть желание спастись самому, не отягощая себя балластом в лице меня и Таси. Ему было плевать тогда, а сейчас и подавно.
Подхожу к окну, замечая на улице Гришу и Тасю. Они носятся вокруг фонаря, освещающего дорожку и, открыв рот, наперегонки ловят снежинки языком. Редкий пушистый снег, хлопья которого медленно опускаются на землю, позволяет себя поймать. Большой парень и маленькая девочка заливисто хохочут, сражаясь за снег, возможно, последний в этом году. Личико Таси искрится счастьем, когда она, подпрыгнув, захватывает сразу несколько снежинок, выигрывая у Гриши. Она спокойна и расслаблена, чувствует себя в безопасности за высоким ограждением рядом с людьми, к которым привыкла.
Я могу поступить по-своему и уйти, не согласившись играть по правилам Парето. В этом случае там за воротами ждёт лишь неизвестность, наполненная опасностью и страхами. Не зная, насколько решительным может быть Воронов, сложно сказать, способен ли он убрать нас с Тасей с дороги. Но испытывать судьбу я не желаю, поэтому вытираю почти высохшие слёзы, разглаживаю форму ладонями, словно перед ответственным выходом, и уверенно направляюсь в кабинет Аронова.
Вхожу, не проронив ни слова. Беру ручку и подписываю каждый лист договора. Адвокат лишь успевает переворачивать страницы, указывая пальцем на нужную строку.
– Свидетельство о браке, – выкладывает передо мной документы, – об удочерении, новое свидетельство о рождении девочки, ваш экземпляр брачного договора, новый паспорт.
Быстро пробегаюсь по строчкам, которые пестрят таким непривычным «Островская». И когда только Парето успел? Хотя чему я удивляюсь? Нет ничего невозможного для того, кто сделал невозможной собственную жизнь. И пока я изучаю новую для меня информацию, Костя надевает на мой палец кольцо, а затем и на свой.
– А теперь «горько»! – Три пары глаз смотрят на улыбающегося Аронова, которому кажется, что шутка пришлась к месту. – Простите, – прокашливается, – не смог удержаться.
– Я могу идти, Константин Сергеевич?
Кольцо на пальце ничего не решает. Брак, по всей видимости, фиктивный, таковым и останется.
– Можешь.
Забираю поднос и пустые кружки, возвращаясь на кухню. Вижу Петровну и, вспоминая слова Парето, не могу удержаться от вопроса.
– Вы всё знали?
Женщина оборачивается, смотрит с явным вопросом в глазах, не понимая, о чём её спрашивают.
– Тогда, на вокзале, вы ведь неслучайно ко мне подошли? По приказу Парето? Вам было приказано привезти меня под любым предлогом?
– Лена… – стонет, отвечая согласием на все мои вопросы.
– Вам действительно нужна была помощница, или же это лишь предлог?
– Нужна была. Всё, кроме причины, по которой ты здесь оказалась – правда.
– Спасибо и на этом.
Все в этом доме «честно» лгали, заботливо проникшись моими проблемами. Вижу Тасю и Гришу, которые до сих пор на улице. Интересно, он был в курсе? Хотя мне всё равно: парень закрыл собой ребёнка, не думая о последствиях. За одно это я ему безмерно благодарна. Зову дочку, указывая на позднее время.
– Лен, всё нормально? – с тревогой во взгляде интересуется Гриша. – Глаза красные, вид растерянный.
– Всё отлично. Просто теперь я жена Парето.
Оставляю ошарашенного парня, заходя в коттедж. Купаю Тасю, которая, как заведённая, не может остановиться, делясь впечатлениями о проведённом дне, и укладываю спать под звуки собственного голоса, надеясь, что меня не потревожит очередное сообщение с приказом от Островского.
Глава 21
Телефон вибрирует, и я открываю сообщение, уже зная от кого оно. Мне бы побыть в одиночестве, чтобы хоть немного разобраться с той кашей в голове, что оставили события сегодняшнего дня. Ещё не до конца осознала значение слов Островского, а тот факт, что я его жена, не приживается во мне. Но я сползаю с постели, чтобы не разбудить Тасю и иду в соседний коттедж, надеясь получить ответы на вопросы, которые нескончаемым вихрем носятся в моей голове и не дают покоя.