— Не стоит рисковать мужиками, — покачал головой Федор. — Они не обучены боевым действиям, неопытны. Я послушал тебя, как вы ловили шамана. Твоя идея плохая, Вихорь.
— Да я сам понимаю, — поморщился маг. — С нашими силами не за бандой гоняться, а устроить засаду и всех перестрелять.
— Что хочет найти шаман? — поинтересовался Громов и переглянулся с Аликой, скромно сидевшей сбоку от него, аккуратно евшей с маленькой ложечки мед. — Если вы скрываете важную информацию — можете забыть о сотрудничестве. Я помогать людям, ведущим свою игру, не собираюсь. У меня здесь дочка и младший помощник на кордоне. Их жизнями я рисковать не хочу. Вы понимаете?
— Да как бы все на виду, — развел руками маг. — Но князь запретил нам болтать языками. В поселке и так много судачат о раскопках. Ты сам, Федор, что можешь сказать о суете, которая здесь творится? Вот, твое личное мнение? А я, глядишь, помогу…
— Хм, — хитро прищурился лесник и почесал щеку, заросшую темной щетиной. — Поговаривают о каком-то кладе, оставшемся от древних правителей. Варахи, кажется? Он всю Гиперборею в руках держал. Якобы его столица здесь была. Не знаю, не знаю… Больно уж скудновато для царского города.
— Так…, - подбодрил его отрядный маг и незаметно подмигнул мне.
— Ну и оставил после себя несметные сокровища. Хотя, еще раз повторю: вранье все это. Не мог Варахи жить в такой дыре. А вот построить город и контролировать местность с помощью своих управителей — самый лучший вариант. Тогда появляются варианты с захороненными сокровищами именно в штольнях, а не в городище. Управитель, знаешь ли, тоже не последний человек. Где-то обсчитался, где-то руки маслом намазал. Глядишь — и обеспечил себя на старость.
— Оригинально, — Стрига сидел в сторонке от стола и играл с Гулякой, дразня его обструганной деревяшкой. — Значит, сокровищницы здесь нет?
— Штольни начали разрабатывать в шестнадцатом веке местное население, пока сюда не пришли русские ватаги, — возразила Алика и слегка покраснела оттого, что ввязалась в разговор. — А потом демидовские работники возродили выработку.
— И откуда симпатичная девушка может знать, что творилось пятьсот лет назад? — ерничал Стрига, за что получил от меня подзатыльник. — Не, а что здесь такого? Далеко не факт, что аборигены начали разрабатывать рудники. Может, еще до них выработки использовали как тайные убежища, а они только возродили заброшенные ходы? Саму гробницу не нашли, а с остальным неплохо справлялись. А что, кстати, здесь добывали?
— Да много чего земля уральская хранит, — пожал плечами Федор. — Горный хрусталь, марганец, свинец, калийные соли. Стратегических запасов в этом таежном углу хватает.
— А кто-нибудь из аборигенов-оленеводов говорил о величайших доспехах белого царя? — спросил Вихорь. — Предания, легенды…
— Ах, вот о чем…, - протянул лесник. — То-то я гляжу, магов на раскопках больше, чем студентов и рабочих. И что же… наш князь верит в слухи?
— Князь Юрий Степанович на пустопорожние проекты не кидается, подобно некоторым любителям древности, — сурово произнес отрядный маг. — Есть достоверные сведения о подземных хранилищах, куда спрятали сокровища древней столицы. Городище построено для отвлечения от истинного места…
— Подождите, а где похоронен Варахи? — воскликнула девушка. — Я слышала от местных, где-то на Урале, а в книгах ученых утверждается, что он ушел на юг, в Индию, и там образовал государство.
— Если в штольнях находится могила царя — там и доспехи лежат, — уверенно сказал Стрига. — Надо в горах искать.
— Ага, и дать возможность Рахдаю проследить за нами, — возразил Вихорь. — Лучше выследить его на подходе к горным шахтам. Архат Мирон дал мне шанс поймать шамана, а не подсказывать ему путь к доспехам.
— Разве артефакты не завязаны на своего носителя? — решил я прощупать почву. — Допустим, найдем мы их. Кто сможет ими воспользоваться? Чужое оружие и сбруя могут быть привязаны кровью. Какой нам толк от них?
— Существуют некоторые манипуляции, позволяющие снять проклятие, — рассеянно проговорил Вихорь.
Я, конечно, лукавил. И признаюсь, хотел выведать, что за манипуляции известны в среде магов. Но Вихорь замолчал, а я лишь утвердился в своем мнении, что надо идти в подземелья и самому искать доспехи. А они должны быть там. Желание избавиться от браслетов росло с каждым прожитым годом. Если мальчишкой я особо не парился по поводу своей заблокированной одаренности, то с возрастом приходило понимание неправильности, несправедливости мира, отобравшего у меня все, что было связано с Родом.