На стенах отчетливо просматривались какие-то специфические надписи красной краской. Наверняка, студенты изощрялись, чтобы не потеряться в многочисленных ходах. Глядя на браслеты, я постепенно «сваливался» влево, ориентируясь по стрелкам, нарисованным уже синей краской. Что-то же они обозначали?
Тишина давила на уши, я слышал только свое учащенное дыхание. Чертовы обручи на запястьях слегка покалывали, но особого рвения в поисках мощного магического фона не показывали. Такое слабое энергетическое возмущение могли давать амулеты или статуэтки, использовавшиеся в магических ритуалах. Что мог обнаружить главный копатель древних могил? Гробницы знатных вельмож? Или захоронения, на которые наложено страшное заклятие? Табу для аборигенов? Кроме длинных, уходящих в чернильную темноту коридоров я больше ничего не видел. Фонарь то и дело высвечивал рисунки, нанесенные охрой на стены штолен, изображавшие оленей и человечков с копьями или луками в руках, каких-то рогатых двуруких и двуногих тварей, непонятные знаки в виде кругов, треугольников и расходящихся радиальных лучей.
Через какой-то промежуток стали попадаться каменные идолы, совсем небольшого росточка, со сложенными на пузатых животах руками. Пустые глазницы, словно провалы в неведомое, следили за продвижением человека, словно хотели предупредить о чем-то. Раззявленные в безмолвном крике рты были измазаны чем-то черным. Неужели кровь? Мне не хотелось проверять свои догадки и подходить к идолам. Если версия с жертвами верна — значит, штольни не заброшены, аборигены навещают своих богов.
Современные синие и красные стрелки уже не попадались. Я задумчиво постоял на месте, обуреваемый разными чувствами. Может, студенты получили указание Косарева не ходить дальше по каким-то объективным причинам? Бесперспективные направления? Хм, а браслеты-то не успокаиваются, покалывают тонкими жалами кожу рук, предупреждая об опасности. Чтобы перевести дух, я включил рацию и попробовал вызвать Вихоря. Аппарат молчал, начисто отрезанный даже от атмосферных явлений. До контрольного сеанса — два с половиной часа. Лихо дал! Больше часа шагаю по коридорам, забираясь все дальше и дальше. Через полчаса нужно поворачивать обратно.
Как-то незаметно свод штольни стал понижаться, превращаясь в непонятную дыру, в которой надо идти согнувшись. Пару раз пришлось разбирать мелкие завалы с одной мыслью: если еще одна осыпь — возвращаюсь.
Так и вышло. Пришлось топать обратно, поняв бесперспективность ходьбы по темным коридорам. Неподалеку от входа, чтобы не ослепить сетчатку, включил рацию, вызвал отрядного мага. Вихорь тут же откликнулся:
— Слышу хорошо, «Дозор». Как обстановка?
— Пока тихо. Никого не наблюдаю, — я не стал говорить, что четыре часа шарился неизвестно где. Раз блокираторы молчат, то и шаман еще не появился.
— Хорошо. Будь на связи. Отбой.
— Отбой.
Я лег на разогретый солнцем лежак, вдыхая в себя терпкий запах смолы. Поднес бинокль к глазам, тщательно обозревая нижнюю подошву горы и северную часть студенческого лагеря. На поляне никого не было. Возле речки тоже тишина. Над головой пролетела кедровка, скрипучим карканьем оповещая о своем праве на владение вкусной поспевающей шишкой. Где-то внизу зацокала сорока. Я насторожился. Кто-то идет. Поводя биноклем из стороны в сторону, выхватил какое-то движение со стороны дикого малинника, что узкой полосой протянулся вдоль речки на самом отдаленном участке поляны.
Двое. Вооружены, в полувоенном камуфляже, хорошо сливающемся с предосенним лесом. Если бы неосторожно не выскочили на открытую местность всего на пару секунд — так и прошли бы незаметно. Охотники? Или люди Рахдая? Головной дозор, например. Или очередные волколаки… Ну их к бесу! Уже две стычки за последние полмесяца! Сколько их у шамана еще в загашнике?
Я стал готовиться. Защелкнул на карабине магазин, в котором были заложены четыре тупоносых патрона с подпиленными пулями. На всякий случай, если эта парочка — оборотни. Продолжая следить за продвижением незнакомцев, с облегчением понял, что это не охотники с Варчаты. Автоматические штурмовые винтовки в их руках сразу же отбросили все сомнения. Такое оружие находится на вооружении княжеской дружины и полиции. А здесь никого из людей Демидова не должно быть. Приказ прошел по всей округе, где дислоцируется Пятая сотня, прикрывающая тылы княжества со стороны океанского побережья.