Подсвечивая себе под ноги, я поднялся по ступенькам к лазу, радуясь, что выстрелы и шумовые эффекты от магических ударов не обрушили потолок. Вопросов в голове уйма. Что за погребение в самом центре горной гряды? Связано ли оно с Варахи или здесь лежат кости иного князя, ну, или царя? Почему не смогли раньше обнаружить гробницу? Ошибки магов в расчетах? И самое главное: какую силу таили в себе клинок и перстни. Как древние артефакты они стоят баснословных денег. Могу озолотиться на них, если захочу продать. Но по указу князя Демидова все найденные на его землях ценности подлежат сдаче в личную сокровищницу. Что мне делать? Перстни я спрячу за пазуху, чтобы не возникало лишних вопросов. А вот кинжал просто так не спрячешь. Он слишком большой, чтобы скрыть его существование.
Я уже отошел от провала, когда гулкий грохот за спиной заставил инстинктивно шарахнуться в сторону и прижаться к стене. Тяжелый монолит скалы содрогнулся, словно корчась от боли. Будь обвал над моей головой — ничего бы не спасло. А вот сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Вернувшись обратно, я обмер, глядя на свежий обвал, намертво законопативший ход в гробницу. Как будто хозяин сам захотел закрыться от чужих глаз до скончания веков. Было в этом нечто мистическое. Отдав свои атрибуты власти и положения, неведомый царь-жрец, как его назвал Рахдай, словно переложил на меня какие-то обязательства.
Валуны поблескивали прожилками слюды и кварца, лежа огромной неряшливой кучей на месте лаза. Все. Нет туда хода. Даже если шаман не сдох — он гарантированно умрет от голода и жажды. Что ж, хозяин гробницы принял еще одну жертву. Уходя, я совершенно забыл, каким образом Рахдай разметал завал в эту штольню. Совершенно забыл….
Меня шатало от слабости, когда протиснулся в лаз и оказался на склоне увала. Предусмотрительно поднял руки, чтобы охотники из поселка ненароком не выстрелили во внезапно появившуюся на террасе фигуру. А много же людей набежало, отметил я, закрывая глаза от солнца, цепляющегося за верхушки деревьев. Уже вечер. Вон, Громов спешит мне навстречу вместе с Вихорем и Стригой, молодой недоверчивый Ленька, еще с десяток местных мужиков.
— Кол! — зашипел Вихорь сквозь зубы. — Твою… через хребтину! Ты что творишь, мальчишка? Мы о чем договаривались? Не лезть на рожон против шамана! А ты что удумал? Где бандиты? Почему не отвечал по рации?
— Сигнал не проходил в пещере, — медленно ответил я. — Да все нормально, Вихорь! Банда уничтожена, шаман больше никого не потревожит! Он остался в заваленной пещере.
— А почему ты его не вытащил? — разорался Вихорь. — Мне что теперь Мирону говорить? Как докажем, что Рахдая укокошили? Еще обвинит в обмане! Это что у тебя?
Его палец показал на ножны, которые я крепко держал в руке.
— Да не ори ты так, — поморщился я. — Помер твой шаман. От своей магии помер. А это артефакт из гробницы.
— Какая, к демонам, гробница? — снова не выдержал маг. — Ты куда полез? Что там произошло?
— Вихорь, у тебя или с мозгами плохо, или не выспался? — я тоже рассердился. — Докладываю. Шаман обнаружил вход в подземелье, нашел гробницу с неизвестным захоронением, попытался ее ограбить. Не получилось. Я всех победил. А вот этот нож я нашел там, внутри.
— Федор! — окликнул лесника Вихорь. — Забирай людей и веди их в поселок. Все, операция завершена. Колояр всю банду в одиночку шлепнул.
Охотники рассмеялись, и вроде бы расслабились, но я видел их цепкие взгляды, рассматривающие изящное оружие в моих руках. При солнечном свете я оценил удивительную находку. Таких вещей сейчас никто не делал. Одни ножны чего только стоили. Серебряные чешуйки, одна к одной, образовывали плотную защитную и декоративную структуру, и казалось, что рука человека сжимает тело той самой змеи, что покоилась на гарде. Все детали выполнены с любовью и тщательностью. Красивый кинжал. И ножны — произведение искусств. Такие даже вельможам не дарят, только царям.
— Может, помощь нужна? — на всякий случай спросил Громов, с тревогой поглядывая на земляков. Мужики с загоревшими глазами не отрывались от находки. Алчность всегда сидит в глубине души, только ждет момента, чтобы прорваться наружу. Не сотвори Бог неприятностей. Ведь полезут же завтра во все щели, перероют завалы, но доберутся до гробницы! Ну и дела! Надо предупредить князя, пусть высылает дружинников для охраны раскопов!
— Да в порядке все, Федор, — отмахнулся Вихорь. — Можете идти. Спасибо вам за помощь.
— Федор, объясни своим, чтобы не лезли в расщелину, — предупредил я. — Потолки рушатся. Я сам едва из-под обвала выскочил. Гробница завалена тяжелыми глыбами. Не стоит искушать судьбу.