— С Волоцким надо решать однозначно, — медленно проговорил Юрий Степанович. — Такие выходки ставят меня в нелепое положение, вызывают кривотолки среди подчиненных. Кинжал должен быть у меня. Конечно, пока речь идет именно о нем.
— Значит ли это…, - осторожно произнес Мирон, оставляя право последнего и решающего слова за князем. Он тоже был не дурак, и понимал, чем грозит ему неосмотрительно брошенная фраза о будущем Колояра.
— Не торопись с выводами, — Демидов вернулся к любимому занятию: созерцанию унылого леса под тяжелой хмарью дождя. — Если ты уверен в своем предположении о Колояре, скрывающем от нас еще кое-что, выясни. И только тогда можешь действовать. Ты приставил к нему людей?
— Да, — помялся архат. — Волоцкий сразу же понял, кто эти люди, следящие за ним. Как только он вышел из библиотеки, сразу же оборвал «хвост».
— Каким образом? — князю было лень выслушивать лишние подробности, но что-то его задерживало. Не хотелось торопиться в дорогу, хотя возле парадной лестницы уже стоял бронированный автомобиль с личной охраной.
— Завлек агента на темную улицу, стукнул по голове и скрылся. Обнаружили Волоцкого только утром, выходящим из своей квартиры.
Демидов мелко рассмеялся.
— Скажу Башлыку, чтобы уволил этих бездарей! Волоцкий понял, что от своих желаний мы просто так не откажемся. Эх, Мирон, парень далеко не простак, как его характеризует армейское досье, полученное нами после его службы в Семиречье. Вспомни, что о нем писал отрядный психолог. Мне, конечно, проще всего наказать человека, осмелившегося решать за моей спиной свои проблемы, но в каждой странности есть логика. Выясни.
— Он дворянин, княже, — осторожно напомнил Мирон, еще не потерявший чувство реальности. — Пусть и безземельный, но дворянин. В Реестре его имя присутствует…
— И что с того? — Демидов вздернул брови кверху. — Мне присягали на верность дворянские рода побогаче Волоцкого! С каждого пылинки сдувать? Неважно, в качестве кого ты служишь мне: наемник или вассал клана. На сколько лет Волоцкий заключил договор?
— На пять, княже.
— И ему осталось…
— Два года, или чуть больше, — подсказал архат. — Лучше Башлыка спросите.
— Прекратим этот разговор, — князь Юрий увидел, что упомянутый начальник СБ, топчущийся возле машины, показывает на запястье: дескать, не пора ли ехать? Тоже расслабился, стал вести себя неподобающе. — Людей с наблюдения не снимать. Готовь экспедицию на Варчаты. Будем раскапывать заваленную гробницу. Езжай сам, чтобы потом не появилось соблазнов свалить все недочеты на чужую голову. Достанешь того шамана, сдохшего или еще живого, привезешь сюда.
— Я оставлю вместо себя архимагистра Василия, — решил Мирон, наклонив голову. — Он будет координировать работу по отслеживанию Волоцкого. Пусть парень растет. Ему ранг надо поднимать.
— Хорошо, — Демидов направился к выходу, где, как по заказу, появился лакей с теплым кожаным плащом в руках. Он помог одеться князю. — Как только достанешь Рахдая — возвращайся в город. Вместе с ним. Этот шаман может пригодиться.
Мирон не стал провожать Демидова на выезд. Все равно князя будут охранять тщательно. Машина, кроме брони, напичкана всевозможными охранными плетениями, выполняющими роль щита и отражателей. Поежившись, архат вышел на крыльцо только через десять минут после отъезда Юрия Степановича. Поместье выглядело брошенным, съежившись под холодным северным ветром, дующим с отрогов Камня. Осень уже на дворе, пусть и светит ярко иногда солнце. Но всему приходит конец. Пора, которую Мирон не любил. Хотелось уехать отсюда куда-нибудь на юг, или перебраться хотя бы в более умеренные широты. Советовал он Демидову строить свой город южнее, да не послушался князь.