— Волоцкий! — громкий рык Шрама вырвал меня из плена воспоминаний. — Поднимай свой зад и вали отсюда!
— Удачи, Кол! — Стрига как будто и не спал. Вздернул руку, сжатую в кулак.
— И тебе не хворать!
Я выдохнул из груди воздух и шагнул в пустоту. Выдержал положенное время, дернул кольцо и с облегчением увидел распустившийся белый цветок купола. Нормально. Теперь оглядеться. Самолет уже улетел далеко, но гул моторов еще слышен. Верчу головой. Темень несусветная. Но потом стал различать редкие огоньки, мелькающие в разных местах. Даже какую-то цветную гирлянду из мигающих фонариков разглядел. Что это могло быть, пока не сообразил. Судя по всему, выбросили меня далеко от крупного города. Предполагаю два варианта: или в заволжские степи, или в вологодские дебри. Одно другого не легче. Нет, в лесах, конечно, как раз легче. Воды вдосталь, зверюшки бегают, деревень побольше, где можно добыть съестного. В степи можно ноги протянуть, если вовремя фляжку водой не наполнишь.
Гляжу вниз, тщетно пытаясь узнать, куда меня несет. Темно, очень темно. Какое-то пятно приближается ко мне. Земля или лес? Как представлю, что насаживаюсь на ветку дерева — не по себе становится. И истеричный смех пробивает. Нас учили прыгать ночью — ведь это не первый раз: нацепили ранцы с парашютом и загнали в самолет. Но процент риска всегда высок. Местность незнакомая. Поджимаю ноги, понимая, что подо мной нет лесистой поверхности. Земля стремительно приближается. Удар! Сила инерции тянет меня вперед, хотя я уже завалился на бок. Не самое удачное решение, но можно перевести дух. На какой-то поляне удалось сесть. Быстро гашу скорость, отцепляю карабины и пару минут лежу, глядя на небо. Потом вскакиваю, собираю купол в кучу и тащу в сторону темнеющего леска. Все-таки заброска была севернее от монастыря! Так даже лучше.
Теперь нужно оглядеться. Место, куда меня десантировали, действительно безлюдное. Никакого жилья, даже признаков обитаемости не ощущаю. Значит, можно спокойно лечь спать, а ранним утром начну движение до первого поселения, от которого оттолкнусь в дальнейшем своем марафоне.
Нашел неплохое местечко под густой елью с мягким ковром из хвои, завернулся в парашют и замер, вдыхая в себя смолистый запах леса.
Меня разбудил легкий озноб, пробивший от кончиков пальцев до макушки. Все-таки ночевать в июньском лесу еще не совсем приятно. Лето в этом году запоздало, конец весны был холодным, и как следствие, воздух не прогрелся до той комфортной температуры, когда можно валяться в легкой одежде на земли и не простыть.
Вскочил на ноги и сделал несколько энергичных упражнений, разгоняя кровь по телу. Вот, уже хорошо! Попрыгал на месте, пробежался двадцать шагов туда и обратно, заодно поглядел, куда меня угораздило попасть. Лес на три стороны света, и только одна маячит зеленеющей луговиной. Ничего еще не понятно, но энтузиазм переполняет. Время отчета начинается с шести ноль-ноль сегодняшнего дня. У меня максимум десять дней и несколько контрольных точек, на которых я должен засветиться. Правда, я не знаю, где они расположены, и кто будет контролировать прохождение — тоже невдомек.
Ну, что, приступим? Скидываю «бэушный» комбинезон, достаю из рюкзака обычную гражданскую одежду, которую заранее прикупил в Торгуеве (старшим кадетам разрешено иметь личные вещи вроде рубашек, футболок, брюк, обуви), напялил на себя свободные спортивные штаны, футболку, просторную черную однотонную куртку с капюшоном. На ногах — простенькие кроссовки темно-синего цвета. Обычный парень для всех, только наметанный взгляд определит, что под молодежным прикидом скрывается весьма своеобразный юноша с накачанными бицепсами, широким разлетом плеч и с весьма опасными задатками бойца. Нет, убийцами нас не стремились сделать, но свернуть шею в нужный момент — учили со всем прилежанием.
Ножом аккуратно снял верхний слой дерна, потом выкопал приличную яму, куда положил ранец со скомканным парашютом и комбинезон. Спросите, а за потерю имущества придется расплачиваться? Не утверждаю точно, но сами подумайте, как начальство будет собирать парашюты по всему радиусу в триста километров? Нам, что ли, тащить их с собой, когда каждая минута на счету? Ну, высчитают сотни две с личной книжки, где лежат наши накопления. Делов-то.