Закапываю все монастырское добро, укладываю дернину на место. Все. Место высадки надежно спрятал. Вот не выходят у меня из головы слова Жароха, чтобы я вел себя осмотрительно и осторожно. Что придумали столичные представители? Какую пакость? Пошлют по следу собак? Облаву устроят? А ведь могут! Значит, нужно идти осторожно, лишний раз не светиться перед населением.
Хлебнул немножко водички из фляжки и закинул ее в рюкзак. Теперь можно идти. Судя по встающему солнцу, открытая луговина расположена юго-западнее от меня. Больше ориентиров не вижу. Значит, пока иду в ту сторону, нахожу населенный пункт, узнаю его название, и это будет моя точка отсчета.
Вскоре после энергичного марш-броска я оставил за спиной подлесок и вышел к оврагу, разрезавшему луг на две неровные половины. Мощные ливни вырыли большую траншею, уже заросшую молодой травкой. Пошел вдоль оврага, выискивая место, где можно спокойно через него перешагнуть или перелезть без лишнего напряжения сил. Местность немного понизилась, и неожиданно я наткнулся на лесную дорогу. Сел, изучая следы. А здесь частенько ходят и ездят! Протекторы от грузового автомобиля просматриваются четко. Совсем свежие, может и вчерашние. Конские копыта, велосипедный след. Я повеселел.
Дорога привела меня на околицу небольшого села. Выходить на всеобщее обозрение я не торопился. Лег на взгорке и внимательно рассмотрел, что из себя представляет населенный пункт. Три десятка рубленых домов с добротными крышами, плотными тесовыми заборами и ухоженными улочками. Видать, за порядком здесь смотрят, не живут в свинстве. Взгляд вычленил двухэтажный дом с государственным штандартом черно-желто-белого цвета на флагштоке, а рядом с ним трепыхающийся на слабом ветру полотнище зелено-красного цвета. А вот какой на нем герб нарисован — разглядеть не удалось. Видать, административное здание, пришла мысль в голову. Получается, село не совсем оторвано от жизни. Кругом телевизионные антенны, частоколом выросшие над крышами домов.
По улице прошмыгнула красная малолитражка и скрылась из виду, прикрытая палисадниками. Вздохнув, встал на ноги, тщательно отряхнулся и зашагал в сторону села. Первым, кого я увидел, был старик в теплой рубахе, в вязаном жилете поверх нее и в стеганных штанах, заправленных в валенки. Он сидел на резной крашеной лавке возле дома под развесистой черемухой.
Вытянув ноги, местный пейзанин дремал на легком июньском солнышке. Возле него развалилась лохматая псина, изредка мотавшая хвостом по земле. Увидев, что я остановился в нескольких шагах, коротко рыкнула, обнажив клыки. Не стала бросаться, но определила границы моих возможностей для знакомства.
— Здравствуй, дедушка! — громко крикнул я, опасаясь, что дремлющий старец окажется глухим.
— Чего разорался, отрок? — дед распахнул глаза и недовольно глянул в мою сторону. — Только задремал чуток, всю ночь уснуть не мог… Какая холера тебя укусила?
Пес заворчал более воинственно, чувствуя настроение хозяина.
— Да не холера, а потерялся я, — делаю тон более жалобным. — Километров пятьдесят отмахал от лагеря. Дернул черт с девушкой разругаться! Может, подскажешь, что это за село? Определиться бы. Турист я.
— Бестолковые туристы пошли, — проворчал старик, выпрямляясь. Лохматый пес подскочил, стал ластиться, чтобы почесали его за ухом. — Если не умеешь в лесу жить — зачем туда вообще соваться? Болото миновал, когда сюда шел?
— Не, не видел. А вот мимо оврага проскочил, — я оглянулся в поисках более покладистых жителей.
— Ага, значит, что от Егоровки шел, — дед прищурился, глядя куда-то в сторону от меня. — Далековато забрел.
— Где я сейчас? — начинаю терять терпение.
— Да в Керженцах, где же еще? — дед удивился моему вопросу. — Аккурат в десяти километрах от княжеского заповедника. Как ты еще туда не забрел? Пристрелили бы и имени не спросили. Повезло, паря…
Керженцы. Вот и привязка. Единственная проблема может быть в том, что на карте такое село не отмечено. Но здесь находится административная власть, заповедник какой-то неподалеку. Сориентируюсь, не впервой.
— А до города как добраться? Здесь ходят автобусы?
— Какие автобусы, паря? — ухмыльнулся дед. — На попутке до Макарьево добираемся, а оттуда на теплоходах по Волге, куда хошь… Тебе куда надо-то?
Волга! Макарьево! Повезло мне! Теперь уже две точных привязки есть.
— До Чебоксар, — ляпаю я и замираю. А вдруг меня сбросили совершенно не там, где я рассчитываю?
— Как вас занесло-то, — покачал головой старик и пристально всмотрелся в меня, отыскивая черты вражеского агента, чтобы сдать местным властям. — Ну так спускайся до Макарьево, там паром ходит до Лысково. А оттуда покупай билет куда надо. Хм…