Стражник, не обращая внимания на гербы, подошел к первой машине, что-то выслушал от водителя и направился к нам. Постучал по стеклу костяшками пальцев. Окно опустилось, и он внимательно рассмотрел сидящих.
— Господин Волоцкий? — его взгляд остановился на мне.
— Он самый, — подтверждаю свою личность.
— Вас сейчас пропустят на территорию Института, — предупредил охранник. — Второй корпус, первый подъезд. Вы впервые здесь? Провожатый нужен?
— Я знаю, где это, — прервал его наш водитель довольно недружелюбно, и стражнику оставалось лишь козырнуть и махнуть рукой. Ворота вздрогнули и покатились по направляющим, открывая доступ на территорию странного института. Создалось такое ощущение, что это какая-то секретная научно-исследовательская база под прикрытием нейтрального Института.
Один из внедорожников, ехавший за нами, остался снаружи, а мы в сопровождении первой машины поехали по широкой чистой улочке, вдоль которой были посажены разнообразные деревья и кустарники, за которыми виднелись лужайки с желтеющей травой. Кругом замощенные дорожки и узкие тропинки, скамеечки и беседки. Не институт, а санаторий.
Наконец, мы доехали до указанного адреса. Трехэтажный длинный корпус из желто-белого кирпича с большими, но в основном, зарешеченными окнами, тянулся вдоль парковой зоны и изгибался буквой «г».
— Второй подъезд, — сказал водитель, остановив «ансат» чуть ли не впритык к внедорожнику сопровождения. — Сюда нас не пустят.
— Не уважают, ироды, — пробурчал я, вызвав улыбку у телохранителей. Алексей уже успел выскочить и распахнул дверь, чтобы я вылез наружу.
Возле меня тут выросли два мордоворота с бычьими шеями. На их плечах короткие кожаные куртки чуть ли не трещали по швам.
— Следуйте за нами, господин Волоцкий.
Взяли в «коробочку», словно собираюсь куда-то сбегать. Делать больше нечего, по Москве от спецслужб бегать. Ухмыляюсь и поднимаюсь по лестнице, захожу в освещенный солнечным светом вестибюль, перекрытый по всей длине турникетами.
— К господину Елизарову, — буркнул один сопровождающий, когда к нам подошли двое таких же плечистых ребят, но в военной форме.
— Встаньте в рамку, — попросил один из них, и металлические скобы с лязганьем распахнулись, запуская меня внутрь. Тут же раздался противное жужжание, по коже побежали мурашки, внутри все неприятно сжалось. Попробовал мобилизовать свой кастрированный Дар, чтобы противостоять магическому сканированию.
— Вы не одаренный? — тут же спросил меня один из служащих в белом халате, стоящий возле рамки, только с другой стороны. — Я вижу, вам неприятно.
— Спрашивать заранее надо, — сделав недовольное лицо, бросил я. — В детстве неправильная инициация была. Слабенькая искра. Смысла не было развивать.
— Сочувствую, — белый халат кивнул охранникам, и меня выпустили наружу. — Магических амулетов или опасных артефактов у господина не обнаружено.
Умеет же Ясни закрывать свое мощное магическое излучение! Какой раз поражаюсь, что никто не сообразил до сих пор, что обыкновенная авторучка является мощнейшим боевым оружием. Вернее, не могут определить его магическую суть. Простая канцелярская вещь. А сколько в ней возможностей скрыто!
Мордовороты тоже прошли рамку, и мы вместе поднялись на второй этаж. Обычный коридор, куча дверей, то и дело проскакивающие мимо нас служащие. Интересно, что никого в халатах нет. Мужчины в темным костюмах или в светлых рубашках, женщины в строгих деловых платьях, без открытых плеч, и никаких мини-юбок.
— Налево, — предупредил один из охранников.
Остановились возле кабинета с высокими дверными створками. Скучающий в коридоре вооруженный стражник выслушал доклад сопровождающего, кивнул и сам вошел внутрь. И тут же широко распахнул двери.
— Господин Волоцкий, заходите!
Я шагнул через порог и оказался в небольшом светлом помещении, большая часть которого занимал т-образный стол. На месте босса сидел невысокий светловолосый мужчина с короткой прической. Его крупное округлое лицо с мягким подбородком не выражало никаких эмоций. На руках, лежащих на поверхности стола, блестят кольца с драгоценными камешками. Мизинец украшает печатка с гербом.
По левую сторону от Елизарова (я не сомневался, что это он и есть) расположились трое мужчин преклонного возраста, этакие благообразные старички с сединой в волосах, которые оценивают меня взглядом опытных продавцов на рынке. И каждый из них держит перед собой папку с документами.