— В чем вы ее видите?
— Что вы не лукавили и не играли чувствами Насти. Ее побег из родного дома к вам в Мадрид казался демаршем, вызовом и обидой. Не скрою: он серьезно ударил по репутации нашей семьи и рода. Надеюсь, что вся эти девичьи эмоции были не на пустом месте? Стоило оно того?
— Дорогая, не забывай одну вещь: господин Волоцкий уже женат. Мы больше из-за этого факта переживали. И супруга Первородного играет не последнюю роль в выборе младшей жены, — пробурчал Окунев.
— Не в той мере, которой я был бы огорчен, — улыбаюсь в ответ на брюзжание Николая Макаровича. — Со стороны Мирославы я готов принять только рекомендации. Никто не запретит мне приводить в дом младших жен. Будьте спокойны, решение насчет Анастасии Николаевны я принял.
— И когда оно будет оглашено? — напряглась Ольга Дмитриевна.
— Не раньше осени, — твердо ответил я и уже не скрываясь, посмотрел на часы. Слегка наигранно, но мне в самом деле нужно ехать. Графиня Комаровская, наверное, заждалась. Ведь я еще в самолете послал ей сообщение о прилете. — Будьте уверены: я найду возможность заткнуть рты самым рьяным распространителям слухов о неблагонадежности Анастасии Николаевны.
— Что ж, срок не такой долгий, — Окунев встал с кресла. — Тогда будем с нетерпением вас ждать в гости с окончательным решением.
— К господину полковнику со срочным докладом! — бросил Федорчук адъютанту, заполошно вскочившему со своего рабочего места и попытавшемуся перекрыть дорогу к кабинету начальника.
— Его Светлость сейчас занят! — заявил молодой капитан с щегольскими усами и аксельбантом штабного работника на темно-синем кителе. — Просили не беспокоить!
— Передайте, что майор Федорчук по делу Волоцкого! — набычившись, бросил офицер Службы Контроля, но врываться в кабинет непосредственного начальника не стал, и резким движением заложив руки за спину, демонстративно остался стоять перед дверью. — Поживее, господин капитан! Я не требую чего-то сверхсложного!
Адъютант нырнул в кабинет и пробыл там не больше двух минут. Появившись из-за двери, торжественно произнес:
— Прошу, господин майор!
— Так бы сразу, — проворчал Федорчук, и одернув китель, чуть ли не строевым шагом вошел внутрь, не удосужившись закрыть за собой дверь. Это сделал адъютант. — Господин полковник! Разрешите доложить!
Взмахом руки князь Залесский подозвал его поближе к столу, а сам что-то продолжал записывать в рабочий блокнот, держа возле уха трубку телефона. Закончив разговор с невидимым Федорчуку собеседником, глава Службы Контроля спросил:
— Что у тебя за срочность, майор? Вроде бы никаких предпосылок для внеурочного доклада нет. Или уже появились?
— Ваша Светлость! — физиономия майора светилась решимостью и азартом. — С таможни аэропорта Остафьево пришла информация. Из Мадрида прилетел Волоцкий вместе с Анастасией Окуневой!
— И? — брови князя сбежали к переносице. — В чем здесь историчность события? Прилетел да прилетел. Сотни наших подданных ежедневно возвращаются на родину или покидают оную. Волоцкий — какое-то исключение?
— Разрешите установить за ним наблюдение? — еще больше выпятил грудь Федорчук.
— Ох, майор, — вздохнул Залесский, с хлопком закрывая блокнот, — какой ты излишне исполнительный. Есть основания для этого мероприятия?
— Косвенные, господин полковник, — не стушевался Федорчук. — Разрешите изложить?
— Давай уже, только не растекайся мыслью.
— Два месяца назад к нам поступила служебная директива из Магической Палаты за подписью архата Чистякова, — стал докладывать майор, вытянув руки по швам. — Там шла речь о подозрительном шевелении на рынке чародейских артефактов. Кто-то усиленно искал перстни «солнечного доспеха» — известного среди коллекционеров древностей боевого артефакта. Поэтому рекомендовалось отслеживать всех, кто попытается включиться в эту комбинацию. Видимо, наши маги всерьез опасаются, что этот предмет попадет в руки неких злоумышленников.
— Так, коротко не получится, — вздохнул князь и откинулся на спинку кресла. — Припоминаю такую директиву. Кажется, я понял, к чему ты клонишь. Дело Соболевского?
— Так точно, господин полковник, — обрадовался Федорчук. — Вы сами, помнится, разбирали по кадрам запись нападения неизвестного возле дома Соболевского. И там подобные предметы фигурировали.
— Перстни на пальцах неизвестного? — Залесский призадумался. — Да. Было такое. Но Волоцкий никоим образом не связан с этим делом. Мы искали его поверенного, некоего Прохорова. Кстати, так и не нашли.