Так что девушки и женщины у нас работают исключительно в администрации, бухгалтерии, иногда в аналитической службе. И получается вопиющее неравенство. Начнешь знакомиться с администратором – так это те, кто нас постоянно гоняют на задания и приглядывают, чтобы мы после работ долго не бездельничали. Бухгалтеры - и того хуже. Ну, а женщины-аналитики… Терпеть рядом дамочку, которая все наперед видит и может рассчитать, когда лучше поцеловаться, а когда за руки подержаться… Бр-р-р-р!.. Увольте!
Так что никакой личной жизни! Одна работа, и хорошее пивко в свободное время!
Чувствую, как Мафусаил продолжает буравить меня недобрым взглядом.
- Просто поболтали! – признаюсь я и в знак примирения поднимаю руки ладонями вверх.
- Поболтали! – фырчит Мафусаил.
А я ничего не могу с собой поделать и опять вспоминаю те невероятно четкие видения истории. Конечно, я выходил в другие сектора времени, конечно, многое видел своими глазами. Это необходимая часть подготовки каждого полевого агента. Но видение… Оно точно затрагивало какие-то неведомые отголоски души… Я видел, я чувствовал… Я сопереживал… Я был всеми теми, что жил при Калигуле, Сталине, Гитлере…
Надо будет спросить Кацаль-Кааль, что она подмешала в тот костерок. Травка оказалась явно забористой.
Мы продолжаем находиться в городе дикарей. Наши аналитики говорят, что через несколько дней источник возмущения по имени Генри появится в этих местах. Так что нам велено просто сидеть и ждать.
Мы с Мафусаилом сильно и не сопротивляемся. Сказано сидеть и ждать – будем сидеть и ждать. Нам хватило экшена на прошлом задании. Там мы и постреляли из луков, и крушение корабля предотвратили…
Каждый вечер я хожу с Кацаль-Кааль к тому обрыву. Мы немного болтаем, а потом начинаем «смотреть время». Так она это называет. Картины настолько живые, что я теперь не удивлен, как ей удалось столь блистательно выучить эсперанто. Ведь все ночи она посвящает наблюдению за другими временами. Удивительно, но Кааль каким-то образом научилась управлять своими видениями. Да и не видения это вовсе. Мы действительно путешествием. Только не телом, а духом.
- Теперь видишь?.. – шепчет мне дочка вождя.
Я вглядываюсь сквозь время и пространство и наблюдаю неясную дымку. Теперь я понимаю, как видит она круги во времени. Мы просматриваем разные вероятности хода истории, и я каждый раз изумляюсь, насколько точно сработали наши аналитики, выбирая оптимальный ход событий. Ах да!.. Они же руководствуются принципами гуманности!..
С каждым днем мое отношение к дикарям изменяется. Они больше не кажутся такими глупыми и неотесанными. Они живут своей правдой жизни. Они умеют жить душой и сердцем! Невиданная роскошь для временщиков… Я даже немного завидую…
В один из вечеров я пристально смотрю на эту удивительную девушку, дочку вождя, и задаю вопрос:
- Мы всегда смотрим далеко… А здесь… Ты смотрела, что ждет нас в ближайшее время?..
Отчасти я имею в виду возвращение Генри, то, как нам удастся благополучно его взять и препроводить в 55-ый сектор. Именно так предписывает нам инструкция.
А Кацаль неожиданно замирает, потом через силу улыбается:
- Смотрела. Все будет хорошо… Так, как должно быть…
Потом нежно берет мое лицо в свои ладони и добавляет:
- Я хочу, чтобы ты понял главное… Каждый имеет право выбирать свою судьбу сам... Это священное право…
Я молчу, потому что мысли мои далеко. Все же я озадачен, так как приходится слишком долго ждать нашего гения Генри. Бездействие начинает мне немного надоедать. Жизнь моя течет по-настоящему интересно, только когда мы ночью тайком встречаемся с Кацаль-Кааль.
Эта милая девушка меня балует. Иногда приносит с собой удивительно вкусно приготовленное мясо, иногда сладости или сыры… А однажды дарит амулет на кожаном шнурке и торжественно вешает его мне на шею со словами:
- Ты многому научился, я многому научилась… Это знак моей любви к тебе, как любит мать свое дитя. Я горжусь, как многого тебе удалось достичь…