— Уверен, ты и с этим что-нибудь придумаешь, — я накручиваю прядь волос на макушке.
Я пригибаюсь, чтобы ей было удобнее дотянуться. На косу уходит секунд тридцать, и, когда она отступает назад, она и Кас разражаются смехом.
— Я выгляжу сногсшибательно? — спрашиваю и для эффекта взмахиваю крыльями.
— Ты самый ослепительный фейри на всём острове, — говорит Кас. — Ты, блядь, идиот.
Тилли шмыгает носом.
— Ты что, плачешь? — спрашиваю я.
— Простите, — выдыхает она, а потом рыдает. — Мне так жаль. Я была совершенно одна и не знала, что ещё делать, и думала, что должна быть сильной и непоколебимой ради двора, а брауни говорили, что мне нужно быть решительной, и я просто… я в тот момент стала больше королевой, чем сестрой, и это разорвало нас. И с тех самых пор, в каждом моменте, я всё пыталась быть королевой, когда должна была быть сестрой.
И в этот момент она просто девчонка, младшая сестра, которая всегда фыркала на своих чрезмерно заботливых, контролирующих старших братьев, но которой сейчас мы отчаянно нужны.
Мы с Касом заключаем её в объятия, и она дрожит в нашей хватке, рыдая у нас на груди.
— Всё в порядке, Тилли-Вилли, — говорю я ей. — Теперь ты не одна.
Она кивает, втягивая слёзы.
— А теперь пойдём, — говорю я. — Вытрем слёзы и пойдём убивать нашу мать.
Вейн и Баш сначала проверяют дерево, прежде чем мы возвращаемся внутрь.
По полу в разных местах валяются мёртвые Потерянные Мальчишки, но Динь и её одержимая армия исчезли.
Я стараюсь не смотреть на них, пока иду в свою спальню. Я никогда не удосуживалась узнать их ближе. Близнецы ещё в самом начале предупредили меня, что Потерянные Мальчишки приходят и уходят.
— А иногда Пэн их прореживает, — добавил тогда Баш.
Я натягиваю одежду потеплее, но такую, в которой, как мне кажется, можно драться. Я не воин, но я, блядь, Уинни Дарлинг, и не позволю Динь-Динь забрать то, что принадлежит мне.
Жаль только, что здесь нет Пэна.
Меня до дрожи пугает мысль о том, в каком состоянии мы можем застать его, когда всё закончится.
Когда я возвращаюсь в лофт, то вижу, что мальчики тоже переоделись. На них тёмно-синяя, почти чёрная одежда, явно сшитая с учётом крыльев, а это значит, что всё это время они её берегли, дожидаясь, когда им вернутся крылья.
Плечи усилены металлическими накладками, предплечья прикрывают кожаные наручи.
Они выглядят как принцы-воины, готовые к битве. Если не считать того, что у Баша торчит вверх крошечная косичка, и, хотя смотрится это нелепо, я вижу, как он счастлив её носить. Волосы Каса заплетены в две идеальные косы, спадающие ему на грудь.
Рядом с ними Вейн весь в чёрном, в наряде, который в моём мире можно было бы назвать либо «мрачный принц из другого измерения», либо «антигерой-убийца с тёмным прошлым». Я согласна на любую его версию, лишь бы он был в чёрном.
Иногда меня ошарашивает, какие они нереальные. И что они все мои. Когда-нибудь, когда на Неверленде мы перестанем жить в состоянии вечной войны, я заберу их в свой мир и буду выгуливать перед теми, с кем раньше училась. Я ладила с большинством девчонок в своём городке, но были и такие, кто прекрасно знал, что я «ниже их». Они просто охуеют от Вейна и близнецов.
Кто бы не охуел?
— Итак, план такой… — начинает Баш.
— Мы отвлекаем Динь, пока Тилли её не пырнёт, — заканчивает за него Кас.
Тилли вытаскивает из ножен чёрный клинок, висевший у неё на поясе в кожаных петлях.
— Мы правда верим, что это сработает? — спрашиваю я. — Этим клинком не удалось убить Вейна. К счастью.
— Да, но Папочка Тёмный, — Вейн на это хмурится на Баша, — носит в себе Тёмную Тень Неверленда. А у Динь… ну, мы не до конца понимаем, что именно у неё, но готов поспорить, это нечто куда менее неубиваемое, чем Тёмный.
— А если не сработает? — спрашиваю я.
— Всегда есть план Б, дорогая.
Баш подхватывает меня под руку и притягивает к себе. Он целует меня в макушку, и за его спиной распахиваются крылья.
Не уверена, что когда-нибудь к этому привыкну. Вот уж действительно: до неприличия горячо. Близнецы в своей истинной фейской форме словно мифологические герои, сошедшие с масляной картины.
Если бы только здесь был Пэн.
Где он?
У меня сжимается грудь при мысли о нём. Он намеренно избегает нас или что-то случилось? Динь-Динь добралась до него?
Ну же, Пэн. Вернись к нам.
Мы покидаем домик на дереве и спускаемся по тропинке. Поскольку Динь-Динь, вероятно, хочет убить нас ровно так же, как мы хотим убить её, мы ставим на то, что рано или поздно она нас найдёт. Поэтому мы идём в сторону дворца фейри, пока вокруг нас снова начинает падать снег.