— Вызвать фрейлин, чтобы помочь тебе одеться?
— Простите, ваше величество, — твёрдо сказала Алиса, — но я привыкла одеваться сама. Можно я буду это делать без помощи фрейлин?
— Ну разумеется.
Королева взяла медный колокольчик и позвонила. Через минуту вошла старшая фрейлина Джейн Дайн, круглолицая, добродушная брюнетка.
— Джейн, — обратилась к ней королева, — Алиса будет жить с нами. Она дальняя родственница моего отца, сирота. Так что позаботьтесь о ней. Хотя она девочка самостоятельная и сама о себе может позаботиться.
— А где она будет спать? — уточнила Джейн.
— В спальне принцессы. Постелите ей на полу.
Конечно, раскладушек и надувных матрасов в те времена ещё не водилось.
В комнату вбежал принц Дик, сорванец девяти лет от роду. Он сразу узнал Алису.
— Привет! — Мальчишка показал ей кожаный мяч и крикнул: — Лови!
Алиса поймала мяч.
— Ты славный охотник! — весело сказал принц. — Давай с тобой поспорим, кто дальше прыгнет.
— Не буду я с тобой спорить, — сказала Алиса. — Я старше, и у меня ноги длиннее. Вот я и прыгну дальше тебя, а ты на меня обидишься.
— Я могу отрубить тебе голову! — захохотал принц. Но тут он увидел, как поморщилась королева, и быстро добавил: — Но ты не бойся. Ты моего брата спасла. А я честный. Ты будешь мой друг, и я буду твой друг. Побежали, прыгнем. Знаешь, я дальше всех во дворце прыгаю.
— Ещё бы! — фыркнула Лиззи. — Он прыгает со слугами, а слуги всегда подчиняются принцу. Неужели ты думаешь, что кто-то из них осмелится прыгнуть дальше тебя?
— Мне с тобой спорить не хочется, — гордо ответил Дик. — И я бы тебе сейчас ответил по-настоящему, но я люблю Генри Ричмонда, а он обещал взять меня в своё войско.
— И когда же это случится? — насмешливо спросила Лиззи.
— Когда он вернётся, чтобы помочь моему брату.
— Беги, поиграй во дворе, — сказала королева. — А мне нужно с Алисой серьёзно поговорить.
— Хорошо, — согласился принц. — Но как кончишь серьёзно говорить, сразу присылай её ко мне. Тут мы с ней и попрыгаем.
Принц убежал так же стремительно, как и появился.
— Ты уже большая девочка, — сказала Алисе королева. — И хоть я ничего о тебе толком не знаю, ты мне нравишься. А я привыкла доверять собственным чувствам. Лиззи, закрой дверь.
Лиззи не просто закрыла дверь. Подойдя к ней на цыпочках, она сначала изо всех сил её дёрнула, распахнула, чтобы проверить, не таится ли там враг, и только потом плотно её прикрыла.
— Четыре дня прошло, — печально сказала королева, — как мы предали земле прах моего дорогого супруга.
Она приложила к глазам тонкий кружевной платочек. Не потому, что ей так хотелось плакать, но ведь королеве положено скорбеть по умершему мужу.
— Наверное, я бы больше плакала и убивалась, — сказала Елизавета, — будь я спокойна за себя и своих детей. А я боюсь. Настолько боюсь, что порой забываю о моём горе.
— Почему, ваше величество? — спросила Алиса.
По знаку королевы она уселась на низенькую скамеечку возле её ног.
— Короля могли убить, — тихо произнесла королева.
— Отца убили! — вмешалась Лиззи. — Я уверена! Помнишь, Алиса, как мы с тобой подслушали разговор в лесу?
— А что, снова видели фею Моргану?
— Разве обязательно нужна фея, чтобы отравить человека? — спросила королева.
— Но в первый раз была фея.
— Король пировал с послами из Бургундии, — сказала королева. — Нас с Лиззи и мальчиков там не было — не такой обед, чтобы звать членов семьи.
— Если бы я там была, — сказала Лиззи, — они никогда бы не сумели подобраться к отцу!
— И что случилось потом? — спросила Алиса.
— К вечеру его величеству стало дурно, его рвало, болела голова, потом начались судороги. Герцог Глостер всем объявил, что виновато дурное мясо. Врачи поставили пиявки, пустили кровь, но ничего не помогло. И тогда Эдуард…
— Отец вызвал к себе нас, детей, и маму, — продолжила за королеву Лиззи. — И при всех передал власть моему брату Эдуарду. Только Эдуарда не было, потому что его не успели привезти из Ладлоу.
— Не надо было мальчику ехать так далеко, — заметила королева. — А мой супруг благословил его на царство. Он поручил своему брату охранять и заботиться о нас.
— А когда будет коронация?
— Герцог Глостер держит совет с баронами. Они должны решить. Но я думаю, что этот торжественный день уже близок. И это меня пугает…