Внутри же, в незатопленных отсеках, шла упорная борьба за жизнь крейсера. Его буквально на глазах врага надо было поднять, отвести в Неву и снова всю мощь корабельных пушек обрушить на гитлеровцев.
Не знали тогда фашисты, что на «мертвом» крейсере, под самым носом, совершались невиданные дела. В глухие, темные ночи к кораблю подходили буксиры, сгружали насосы, сварочные аппараты, продовольствие. Водолазы опускались на дно и заделывали пробоины.
Однажды фашисты, видимо, что-то заметили, над крейсером появился самолет и «на всякий случай» сбросил 200-килограммовую бомбу. Она пробила палубу, разорвалась внутри корабля. К счастью, потерь в людях не было.
Наконец все исправлено. Моряки дожидались темной, беззвездной ночи. И когда она пришла, пустили в действие водоотливные насосы, которые в течение часа выбросили из корабля 1600 тонн воды.
Стальная махина — 212 метров длины, 22 метра ширины — дрогнула и медленно оторвалась ото дна. С буксира тотчас подали металлические тросы. Скорее в Неву! Но тут крейсер вдруг накренился и стал тонуть: в трюм поступало большое количество воды.
Быстро опустили водолазов. Оказывается, в той части днища, которая ранее упиралась в грунт, — пробоина. Пока заводили пластырь, забрезжил рассвет. Фашисты могли заметить приподнявшийся крейсер. Поступила команда: открыть кингстоны. Крейсер вновь лег на дно, точно в прежнем положении, а буксиры поспешно удалились в Неву.
Через несколько суток, дождавшись глухой безлунной ночи, опять заработали насосы. Крейсер всплыл, пять буксиров впряглись и потащили его. И снова неудача: через сотню метров корабль сел на мель — фашисты так перепахали бомбами и снарядами дно гавани, что изменился его рельеф.
С мели крейсер сняли лишь в три часа ночи, до рассвета вывести его из-под обстрела не удалось бы. Пришлось возвращаться на старое место и открывать кингстоны…
И только через неделю, в дождливую, пасмурную ночь, крейсер в третий раз оторвали ото дна и увели в Неву.
Утром фашисты оторопело рассматривали дамбу гавани: «Лютцова» не было…
А «Петропавловск» вскоре подал голос с Невы.
15 января 1944 года, когда войска Ленинградского фронта начали бои за полное освобождение Ленинграда от вражеской блокады, крейсер открыл огонь по Красному Селу — крупному узлу сопротивления противника. Расчищая дорогу наступавшей пехоте, он громил доты, уничтожал батареи, штабы, истреблял живую силу.
Десять суток подряд «Петропавловск» вел огонь по врагу. В эти дни он выпустил более тысячи крупнокалиберных снарядов, больше чем какой-либо другой корабль Краснознаменного Балтийского флота.
За мужество и отвагу все офицеры, старшины и матросы «Петропавловска» получили боевые награды.
А капитану первого ранга фон Баумбаху дорого обошлась ошибка. Как пишет в своих воспоминаниях бывший народный комиссар Военно-Морского Флота СССР Герой Советского Союза Н.Г. Кузнецов, в годы войны в германской печати проскользнула заметка, в которой говорилось, что фон Баумбах расстрелян по приказу Гитлера за неправильную информацию о советском флоте.
Что же с фашистским броненосцем «Лютцов» — бывшим «Дейчланд»?
В конце войны его разбомбили самолеты у города Свинемюнде. Оставшиеся в живых так поспешно бежали с корабля, что бросили флаги. Советские солдаты на лодках добрались до броненосца и забрали флаги. Один из них — громадное полотнище, увенчанное изображениями свастики, железных крестов и орлов, штандарт военного министра и главнокомандующего вооруженными силами фашистской Германии, — был прислан в Морской музей.
Нора ищет «Нору»
— 3дравствуйте, я приехала из Новосибирска, меня зовут Норой.
Высокая, светловолосая женщина явно волновалась.
— Я названа в честь канонерской лодки. Нет ли в музее ее фотографии? Что это был за корабль? Где он находится сейчас? Мама рассказала мне только об одном походе…
Мы кое-что слышали об этой истории… Так вот она какая, Нора Васильева, дочь корабля!
Летом 1941 года на Неве стояло приземистое, тупоносое необычное судно. Ходовой мостик, труба, надстройки сосредоточены на корме, а две трети корпуса занимала большая прямоугольная яма… без дна, в ней струилась вода. Впрочем, достаточно было нажать в машинном отделении рычаг, и яма плотно закрывалась снизу стальными створками.
Это была морская грунтоотвозная шаланда водоизмещением в тысячу тонн. Землечерпалка поднимает со дна грунт я передает его на такое вот судно. Нагрузившись песком, глиной, галькой, камнями, оно выходит на глубину, раскрывает створки, и содержимое обрушивается в пучину.