Капитан 3-го ранга Павел Турыгин посмотрел по указанному направлению. Вдали действительно двигались диковинные сооружения.
— Полный вперед! — приказал он.
В эту секунду «плавучки» полыхнули огнем, над пароходами пронеслись снаряды.
«Нора» тотчас прикрыла караван дымовой завесой, ведя ответный огонь по врагу. А затем пошла навстречу ему.
О, то были плавучие крепости! На двух больших, оснащенных мощными моторами понтонах — широкий помост; в середине помоста рубка и дальномер, а по углам четыре скорострельных орудия с броневыми щитами. Ворочая то влево, то вправо, «форты» вели бешеную стрельбу.
Отряд «фортов» в десять раз превосходил «Нору» количеством орудий и все же, попав под снаряды канлодки, отступил.
25 сентября 1942 года в ставке Гитлера совещались по поводу ладожских дел. Фюрер разносил адмиралов и генералов за их неспособность уничтожить ладожские корабли.
«Фюрер снова указывает, — записано в журнале военных действий Верховного командования, — на сильное движение русских по Ладожскому озеру. Это недопустимо. Он потребовал постоянного наступления на город и против движения судов на Ладожском озере».
Неудачи гитлеровцев на Ладоге стали известны главарю фашистской Италии Муссолини. Дуче злорадно посмеялся над гитлеровцами. «Тоже моряки, не могут справиться с какими-то озерными судами, поучились бы у итальянцев…» Он приказал срочно отправить на Ладогу четыре торпедных катера, отличившихся на Средиземном море в боях с английскими крейсерами. Итальянцы покажут, как нужно воевать!
Туманным утром 22 октября 1942 года соединенная германо-итало-финская эскадра — около сорока кораблей — под прикрытием авиации взяла курс к небольшому островку Сухо, расположенному вблизи «Дороги жизни».
Артиллерийская батарея, расположенная на острове, и несколько небольших наших судов завязали артиллерийскую перестрелку с вражеской флотилией. На помощь им спешила «Нора». С дистанции шестьдесят кабельтов она открыла ураганный огонь по противнику.
Вскоре к месту боя подоспели наши бомбардировщики.
Фашистские плавучие «форты» взрывались, горели, тонули. Пошли ко дну и хваленые итальянские торпедные катера.
Потеряв шестнадцать судов, фашисты повернули назад.
Итальянцы, погрузив на железнодорожные платформы два уцелевших катера и благодаря бога за спасение, укатили в свои края.
В конце ноября Ладога стала. Раздвигая льдины. «Нора» беспрерывно перевозила войска и боевую технику: фронт готовился к прорыву блокады, ему нужны были боеприпасы. Взбираясь широким полубаком на лед, «Нора» крушила торосы, прокладывала фарватер для пароходов и барж.
Последний ледовый рейс «Нора» совершила 8 января 1943 года. История плавания на Ладоге не знала столь поздней навигации.
А летом следующего года неутомимая «Нора» помогла десантникам освобождать от фашистов острова Финского залива.
— Теперь будет о чем рассказать сыну. «Норой» можно гордиться. Ее фотография будет висеть у нас на самом видном месте, — сказала посетительница нашего музея, бывшая маленькая пассажирка шаланды.
— А кстати, у вас тезка есть, — вступил в разговор один из сотрудников музея. — 15 октября сорок первого на «Норе», во время переброски ленинградцев через озеро, родилась девочка. И мать тоже назвала ее Норой, об этом так и записано в вахтенном журнале.
А что же сталось с «Норой»?
После войны она снова стала грунтоотвозным судном. О военных годах напоминали лишь стальные заплаты на корпусе да медная доска, укрепленная на рубке. На этой доске рассказывалось об участии корабля в боях с фашистами.
Звезда на рубке
В музее хранится много пятиконечных звезд: золотые Героев Советского Союза, маленькие латунные с бескозырок отважных матросов, алые с рукавов комиссарских курток. А эту стальную, весом в несколько килограммов, носила на своей рубке подводная лодка «К-21». Но что означает в центре звезды вырубленная из меди цифра «17»?
В начале Великой Отечественной войны «К-21» действовала в Норвежском море. В один из дней подводники обнаружили фашистский транспорт. Тяжело груженный пароход под охраной сторожевиков плыл в прифронтовой порт. Заметив перископ, капитан судна резко изменил курс, стал уходить к берегу. Но торпеда настигла пароход, над морем взметнулось пламя, раздался оглушительный взрыв, судно переломилось и пошло ко дну.
Матросы ликовали: потопить транспорт водоизмещением в десять тысяч тонн — это значит пустить под откос десять железнодорожных эшелонов.