– Знаю вполне достаточно. – Бен прижался щекой к ее волосам, а потом стал целовать ее закрытые глаза. – Я знаю, что ты любишь Дена, а значит, он не станет помехой нашему счастью.
– Это правда, – прошептала Джесси, прижимая ладони к его мускулистой груди. – Я очень люблю Денни. Но тебя тоже люблю. И сейчас жалею лишь о том, что ждала столько времени, прежде чем сказать тебе кое о чем…
– Наверное, нам обоим нужно было выждать какое-то время, – заметил Треверс, неправильно истолковав ее слова. – Да и как ты могла поговорить со мной, если между нами с самого начала стояла Эмма?
Джесси чувствовала, как под ее ладонью бьется сердце Бена, видела в его взгляде желание, да и в ней самой все больше усиливалось страстное волнение. Она поняла, что больше не сможет сдерживаться. Ей необходимо было ответить на немой призыв Бена.
Тогда Джесси потянула связанные на спине тесемки купальника и через мгновение сбросила бюстгальтер. Затем она взяла Треверса за руку и прижала его ладонь к своей левой груди, чтобы он тоже ощутил силу ее сердцебиения.
– Если бы мне суждено было умереть в эту минуту, – произнесла она изменившимся голосом, – я с радостью подчинилась бы своей судьбе. Лишь бы это произошло в твоих объятиях и у меня оставалось бы несколько мгновений для того, чтобы сказать, как сильно я люблю тебя…
Признание Джесси было таким трогательным, что у Бена повлажнели глаза.
– Я не заслуживаю подобной любви, – прошептал он, нежно сжимая упругую грудь.
– Ты заслуживаешь гораздо большего, – возразила Джесси, скользя ладонями по его гладким загорелым плечам, по бугоркам мускулов на руках и груди, по плоскому животу, а затем по отвердевшей и натянувшей тонкую ткань плавок плоти.
Стыдись, что ты делаешь, звучал в сознании Джесси встревоженный голос, остановись, пока не поздно, иначе после пожалеешь!
Но Джесси уже не могла остановиться. Она понимала, что эта близость с Беном может оказаться последней.
– Возьми меня, Бенни, – умоляюще прошептала она. – Заставь меня позабыть обо всем на свете…
Задохнувшись от нахлынувшей на него волны желания, Треверс с будоражащей смесью нежности и властности провел ладонями по груди, талии, бедрам Джесси, а затем стянул остававшиеся на ней купальные трусики.
– Я так испугался, что потеряю тебя!… – шептал он словно в забытьи. – Вчера ты говорила загадками, и я…
– Забудь о том, что было вчера, – тихо отвечала Джесси, притягивая его к себе и покрывая мелкими поцелуями лицо, шею и плечи. – Забудь обо всем, кроме нас с тобой…
– Да, солнышко, да…
Потом Треверс взял ее там же, на широком сиденье с растрескавшейся от старости кожей – как она и просила – и катер легонько покачивался под ними, словно колыбель их любви. Солнце сияло в вышине, заливая потоками тепла обнаженную, но не ведающую стыда пару, а старенький коттедж стал свидетелем того, как Бен ласково уложил Джесси на спину, раздвинул ей бедра и поднял нижнюю часть ее тела навстречу своему первому проникающему движению.
Как и в прошлый раз, Джесси не удержалась от крика, пронзенная сладостным ощущением медленно продвигающейся в нее тугой налившейся плоти, которую ей хотелось сохранить в себе подольше, будто таким образом можно было впитать в себя всю силу страсти возлюбленного. Ничего подобного в ее жизни никогда не было, несмотря на то, что она успела побывать замужем и родить ребенка.
Однако Джесси не могла удерживать Треверса вечно. Как, впрочем, и сама не могла лежать спокойно. Желание было сильнее ее. И тогда она сама начала легонько покачивать бедрами в такт мощным движениям Бена. Ей казалось, что они плывут куда-то, что впереди их поджидает опасный водоворот… Но в этот миг Джесси ничего не боялась, потому что они с Треверсом были единым целым.
В какой-то момент он приподнялся на руках, нависая над Джесси и ни на секунду не теряя темпа. Его тело покрылось испариной, из груди вырывалось прерывистое дыхание, и он неотрывно смотрел Джесси в глаза, словно одного телесного единения ему было мало и требовалось что-то еще.
Ей показалось, будто прошло бесконечно много времени, прежде чем она не выдержала и зажмурилась, словно испугавшись наконец того, что неотвратимо приближалось к ним обоим. Судя по тому, как утяжелилось дыхание Бена, он тоже сражался с чем-то внутри себя.
Джесси нащупала плечи Треверса и притянула его к себе. Потом она обвила его ногами, как бы желая вобрать в себя без остатка.
Бен уткнулся лицом во впадинку между шеей и плечом Джесси.
– Сейчас… – хрипло выдохнул он. – Сейчас!
– Да! Да! – подтвердила Джесси, начиная сильно дрожать.
И в следующую секунду они одновременно содрогнулись, словно выпуская на волю какую-то неведомую дикую силу, вырвавшуюся из них и оставившую их ослабевшими и будто невесомыми.