– Нет, дальше не важно. Важно про царя. Вот этот Берендей у нас в библиотеке работает!
– Царь? – хмыкнула Тамара.
«По ходу, я в ректора все-таки чем-то попала. Видимо чем-то тяжелым и по голове. А с ранеными, как говорится, лучше не спорить!»
– Царь! – кивнул вампир.
Тамара помолчала, но, не выдержав, осторожненько спросила:
– Ничего не путаете? Я молчу про то, что это сказка! Так ей еще и огромное количество лет, а царь – не существо, как он мог столько прожить?
– Вот это – правильный вопрос! У нас над этим вопросом многие ученые мужи голову ломали, несколько диссертаций написали. Но без толку – ответа так и нет, – рассмеялся ректор, помешивая ложечкой чай. Сначала себе, а потом Тамаре.
– А что царь говорит? – озадачилась Тамара, отодвигая от него свою чашку.
– А он-то что? Он говорит, что не выдержала, дескать, его душа, что из его «незнания» сыну пришлось в услужение к черту идти, вот и стал с тех пор книжки читать, чтобы «расширить кругозор и ликвидировать собственную безграмотность», вот, до сих пор и читает. Говорит, умереть не сможет, пока всё знать не будет.
– Ого, какие амбиции! – подняла брови ведьма.
– Да, вот такое ого! – согласился ректор, и уже без улыбки добавил, – Вот и получается, что сила и у людей есть! Только, видно, её не каждый пробудить может… Иди он все-таки с темной силой связался и еще один договор заключил? – задумчиво протянул вампир, – Не признается, паршивец!
– А о царе так точно можно говорить? Паршивец? – скривилась молодая женщина.
– Ну, какой он царь, Тамара! Когда это было? – отмахнулся вампир, – Обычный библиотекарь, только что начитанный. Он же почему только с обеда работает? Потому что с утра сам сидит, книжки читает. Вот такая вот история.
– Здорово! Ну, я пойду тогда с вашим Берендеем познакомлюсь? Не вставайте, я сама дорогу найду, – кивнула Тамара, радуясь возможности сбежать от ректора.
Глаза Георге стали жалостливыми, как у бродячей собаки, которую покормили, а домой не позвали.
– И последнее, – оглянулась она, – эта ваша … влюбленность …она когда пройдет?
– А, пустяки, – вальяжно откинулся на спинку ректор, – Я – древний вампир… эта влюбленность – она для меня как грипп, два-три дня и отпустит. Даже не переживайте! Прошу вас, не думайте больше об этом. Инцидент исчерпан.
– До свидания, Георге Штефан! – кивнула в ответ Тамара и, развернувшись, вышла из столовой.
– Жду вас завтра на занятии, Тамара! – услышала она себе вслед.
Берендей
Тамара
«Легко тебе говорить, клыкастенький, не переживайте! А как же «вы в ответственности за тех, кого приручили»? Я тут о коте теперь по пять раз в день вспоминаю… Кстати, а где он? Вот почему когда он нужен – его нет?! Увижу, уши пообтреплю... да… а с вампиром и того хуже… что теперь от него ждать?»
Из столовой я вышла в легком бешенстве и полном раздрайве.
Во-первых, снова стать студенткой. Студенткой! В сорок пять! Во-вторых, получить древнего вампира а) в наставники и б) в поклонники. И всё – за один день. Жесть…
Идя по гулким переходам Академии, пыталась делать дыхательные упражнения, надеясь, что они хоть немного помогут мне успокоиться.
– Да, допустим я сейчас и не выгляжу на сорок пять. И, возможно, и ректор, и мой сын в чем-то правы, мне действительно не помешало бы взять несколько уроков по самообладанию, – уговаривала я себя шепотом.
«Точно! А особенно прикольно было бы увидеться с собственными сыновьями за одной партой, – хихикнула моя ведьминская противность».
– Эй, ректор же сказал, что у меня будут индивидуальные встречи, так что никаких общих классов с детьми! – успела тормознуться и продолжила поиски библиотеки.
«Нет, какой же все-таки ректор – гад! – никак не мог угомониться мой внутренний голос, –Так напугал, что я до сих пор в себя прийти не могу! …Однозначно надо что-то о вампирах почитать... Как говориться, кто предупрежден, тот вооружен».
– Решено, в первую очередь ищем, чего боятся вампиры… Так, а что это за здание? Я мимо него уже проходила… Вернусь в столовку, спрошу у ректора… хотя нет, лучше напишу сыну. Сын, хелп, скинь маршрут столовая – библиотека!.. Оу, так это здание мне и нужно было. Возвращаемся. Какая крутая дверь! Чего ж она такая тяжелая!?