– Охламонов моих решила накормить? – удивился Алекс.
– А они что, голодные? – испугалась за ребят.
– Да нет, конечно, все позавтракали в гостинице.
– Тогда хорошо, но мне всё равно надо в блинную, – кивнула своим мыслям. И, встретив удивленный взгляд оборотня, пояснила.
– Есть у меня подозрения, что в Шлиссельбурге не только о моей встречи с духом известно стало.
– Ладно, – махнул рукой волк, – раз надо, значит купим. А по дороге расскажешь, что там у тебя за версия.
После блинной мы на всех газах отправились к крепости. И примерно часа через два, постояв немного в пробках, заехали в Шлиссельбург, а оттуда на катере добрались до острова Ореховый. Еще только подъезжая, с воды, я увидела высокую крепостную стену, по которой гуляло множество людей. И лишь подплыв поближе, с ужасом поняла, что все эти люди – неупокоенные призраки, которые ходят по периметру острова, гремя кандалами, и периодически завывают.
«Кажется, я начинаю догадываться, зачем меня местный городовой позвал… Бедный Алекс, его удар хватит, когда он узнает, сколько здесь душ неупокоенных!»
– Доброго утречка, – на пристани к нам подошел старичок, одетый в тематике прошлых столетий. Но у туристов его вид раздражения не вызывал, так как они, видимо, считали это частью программы.
– Добро пожаловать, великоглубокоуважаемая ведьма! – поклонился городовой, – Для меня большая честь, что вы ответили на моё приглашение!
– Мне тоже очень приятно побывать у вас в гостях, – с улыбкой кивнула ему, – Это, –махнула на попутчиков, – оборотни архангельских лесов и их альфа, отец моих сыновей.
– Наслышан, наслышан, – закивал старичок, – сильный волк и хороший хозяин стаи.
На этих словах Алекс приосанился и подмигнул Тамаре, мол, знай наших.
– Местные лешии довольны, – продолжал тем временем городовой, – говорят, спокойно в лесах стало. И чисто. Ну, прошу за мной, тут, возле развалин старой тюрьмы есть укромный уголок – туристам сюда ходу нет, а мы с вами можем чайку попить.
– А у меня к чаю и угощение имеется, – протянула ему коробку с блинами запасливая я.
– Божественный аромат, – кивнул городовой, – я еще с пристани учуял. Не уж то, думаю, мне такое счастье привалило – сотрапезничать с великой ведьмой!
– Так! Вы мне эти танцы вокруг да около бросьте, что от моей жены надо, говорите прямо, – нахмурился волк.
Вместо городового волку ответила сама. Потянула его за рукав и зашептала в самое ухо:
– Говорят, в лесах чисто стало? Порядок навел? Вот и мне не мешай мою работу делать!
Алекс обреченно вздохнул и пошел вслед за мной.
– Видишь их? – шепотом спросил городовой у Тамары, разливая чай.
– Вижу, – грустно согласилась.
– Много? – затаил дыхание старичок, – Мне-то видеть не дано, но слышу их, горемычных, сколько служу здесь, столько и слышу. И такая тоска за душу берет, – из глаз-бусинок потекли слезы.
– Много, – кивнула ему, – наверное больше сотни…
– Отпустишь их? – затаив дыхание, спросил городовой.
Я задумалась.
– А это надолго? – стал нервничать волк, – У нас расписание, маршрут.
– А люди в вечных страданиях маются, ничего не смущает? – шикнула на него и обратилась к деду, – Подумать надо.
«Так, с каждым заниматься психотренингом – не выйдет, Алекс с ума от ожидания сойдет. Надо что-то более радикальное. ..Что у нас есть? Заключенные. В кандалах… Кандалы отпираются ключом. Та-аак, а ведь и ключик у нас необычный имеется!»
– Будем пробовать, – кивнула своим мыслям и спросила у городового, – На стену к ним подняться сможем?
– Конечно, – кивнул дед, – ради доброго дела обязательно поднимемся!
– Только вы как-нибудь меня представьте солидно, – шепотом попросила его.
Старичок кивнул.
– Слушайте! И не говорите, что не слышали! Сегодня великая ведьма Тамара, по поручению властей (шепотом повернувшись ко мне объяснил: власть – это я) и по собственному желанию, отпускает вас на волю! Подходи по одному!
Среди призраков началось какое-то волнение и, наконец, офицерского вида дух, не спеша приблизился ко мне и с некоторой иронией сказал:
– Позвольте удостовериться, милая барышня, что вы имеете такие полномочия! – начал этот бюрократ.
«Да уж, легко не будет!» И, не долго думая, я вытащила серебряный ключик, покрутив его над головой, торжественно объявила:
– Сим ключ, от града великого Санкт-Петербурга, построенного нашим славным инквизитором Петром Алексеевичем. Ключ этот, доверен мне, чтобы распоряжаться по своему усмотрению. Итак, моя воля есть в том, чтобы этим ключом открыть ваши кандалы и отпустить вас на свободу!