– Вила, я не претендую на Алекса, – мягко улыбнулась ей, – Ты же видишь, я сижу здесь, а не на пороге его дома. По хорошему, тебе нужно поговорить с этим упрямцем, чтобы он не морочил никому голову, а искал своё мохнатое счастье, пока не поздно… Где-то в лесу, справа от деревни…
– Тамара! Ты – лучшая! Я дарю тебе одно желание! В любой миг, когда захочешь, попроси у меня что угодно! А я, между прочим, имею всласть и над чувствами, и над удачей. Могу вылечить и даже предсказать смерть. Просто позови меня по имени, и я приду. А сейчас, мне пора, надо найти Луну… хотя, нет, это может быть бесполезно – если ты будешь здесь, твой запах будет мешать понять Альфе очевидное... А давай-ка мы тебя спрячем?
– Вила!! Имей ввиду, в цветочки или в бабочки я превращаться отказываюсь!
Вила нахмурилась и задумалась.
– Придумала! Раз нельзя тебя спрятать на земле, спрячем мы тебя в воде!
– Омут Тритонович! – закричала она, сложив руки рупором и, оглянувшись ко мне, пояснила, – Это водяной местный, искренне верит, что его отец – греческий бог морских глубин. А кто я такая, чтобы спорить? – пожала она плечиками и вновь рассмеялась. И такой заразительный был у нее смех, что я рассмеялась в ответ. С Вилой было легко и приятно находиться рядом, тем более, что назревало очередное приключение, и адреналин уже будоражил мою кровь.
– Чего, девчули, хотели?
Из воды показался взрослый мужчина.
«Не царь Посейдон, конечно, отметила про себя, – но очень даже ничего так. Представительно».
Мавка
– Дядюшка Омут Тритонович, – жалобным голоском начала Вила, – Помощь ваша нужна: её вот спрятать на один день надо. Оборотень ей прохода не дает, а у неё жених есть, любит она его.
– Ну, раз любит – спрячу, – и, не спрашивая меня ни о чем, тут же обрызгал водой с головы до ног.
Но эти брызги я совсем не почувствовала и даже не намокла. Вопросительно уставилась на водяного.
– Волшба такая, ты теперь дышать под водой на сутки сможешь и мокнуть не будешь, воду совсем не почувствуешь, она теперь для тебя что воздух, – объяснил он нетерпеливо. – Заходи и ныряй за мной, – сказав это, он растворился в глубине озера.
– Ты на него не обижайся, он по своему хороший. Просто очень нервный из-за одной мавки. Лишила она его покоя – тыщу лет мужик вокруг вьется, а подойти боится.
– Мавка? – переспросила удивленно, осторожно входя в воду, – Это же вроде утопленниц так называют.
– Вот-вот, – кивнула Вила, – утопленница и есть, а он как увидел – люблю, говорит, спасу нет! А она только и знает, что парней молодых губит, на дно озера утаскивает… беда мне с ними, а как помочь – ума не приложу… Ну, ты плыви, а то еще заблудишься.
Медленно зашла по грудь, потом по шею, но привычных ощущений воды не было и, окончательно решившись, погрузилась в озеро с головой. Водяной оказался прав: дышать было легко и свободно.
«Чудеса-чудесные! Это ж сколь ж в мире еще тайн и загадок!?»
Я медленно плыла в озере, постепенно устремляясь в глубь. Вокруг сменялись водоросли, проносились рыбки, попадались разноцветные моллюски. И если ближе к поверхности жизнь кипела, то здесь на самой глубине стояла тишина и покой. Наконец, показался дом водяного. Словно русский терем под водой. Яркий, расписной ...
Постучалась в дверь и вошла в горницу. За столом сидел Омут Тритонович и пил чай.
– Угощайся, – кивнул он на чайник.
– Рассказывайте, – кивнула ему в ответ, разливая чай по чашкам. Перехватив его удивленный взгляд добавила, – видно же, что печаль у вас на сердце, а я ведьма, может и придумаю, как помочь.
– Ну, слушай, коли такое дело. Много-много лет назад у бога огня и богини ночи родились двойняшки, милые и красивые детишки, назвали их Кострома и Купала. Времена те мутные были, боги между собой не ладили, вот чуть подросших малышей и решил какой-то темный похитить. Когда дети гуляли на бережку, налетели гуси-лебеди и подхватили Купалу, а Кострома под папоротник спрятаться успела. Долго горевали родители, но сына найти не смогли. Стали растить одну дочь, даже ей про брата не рассказывали, чтобы не огорчать. Прошло время. Выросла Кострома красавицей писанной. Пошла она, как водится, с девушками венки плести да в воду кидать… знаешь зачем?