Вольдемар
— Не могла отказать себе в удовольствии? — так, по ходу дела, мой братец опять в бешенстве.
Он так забавно выглядел. Я слегка улыбнулся и откинулся на спинку кресла, готовясь лицезреть весьма веселое зрелище — семейные разборки Т’Эдерлуойров. Нет, ни за что не пропущу это шоу. Марго бросила на меня быстрый взгляд, разве что не подмигнула. После того, как мы начали планировать битву, где девчонка показала себя неплохим стратегом, мы с ней перестали испепелять друг друга взглядами. Зато наше с ней перемирие бесило Темериуса, и я не мог не радоваться этому обстоятельству.
— Он такой, — она облизнулась, и я непроизвольно уставился на её губы, — сладкий…
О, она знает, что делает! Даже мне захотелось её придушить! Такое чувство, что она не закусила человеком, а на свидание к нему сходила.
Темриус не выдержал и, схватив её за горло, впечатал в стену. Да уж, эта парочка плевать хотела на все правила приличия, на то, что нельзя так открыто демонстрировать свои эмоции. Или это они просто не считали нужным сдерживаться в моём присутствии? При матери же они так себя не вели. При встречах с леди Т’Эдербелин Марго превращалась в непроницаемую глыбу льда, да и братец становился образцовым вампиром. Как бы то ни было, я с интересом наблюдал за ними.
— Если я узнаю… — прошипел Темериус прямо ей в губы.
— А если нет? — игриво подмигнула Марго. В своих мыслях она не запретит мне называть её так!
Темериус рыкнул и отшвырнул её прочь. Маргарет невозмутимо поднялась на ноги и отряхнулась. Глаза её зло сверкнули. Но девушка скромно потупила взгляд и склонила голову:
— Простите, мой господин, что посмела выразить ваше неудовольствие. Обещаю впредь сдерживаться и не спорить с вами.
Интересно, Темериус уловил в её голосе издевательство? Видимо, уловил, потому что до боли сжал руки в кулаки и заиграл желваками. Нет, ну и стерва же она! Я в очередной раз порадовался тому, что эта язва выбрала таки моего братца, а не выносит мозг мне.
— Марго, — в его голосе звенело предупреждение.
Серьёзное предупреждение. Я моментально вспомнил, что сейчас он один из самых сильных Тёмных.
— Он получил мою записку. И я более чем уверена, что теперь он ломает голову, верно ли это послание, и что заставило нас рассказать о своих планах, — внезапно посерьёзнев, Маргарет села за стол и задумчиво смотрела на карту.
— Я до сих пор не вижу смысла в этом действии, — вмешался я.
Было верхом глупости предупреждать Светлых о том, что мы намерены напасть на них, и даже более того — указать время и координаты битвы.
— А такое обоснование, что это элементарный вызов на поединок, тебе в голову не приходило? — съязвила Маргарет, пронзительно глянув мне в глаза.
Я закатил глаза:
— Ой, только не надо мне про кодекс чести и всё такое! Мы никогда…
— Вот именно, что никогда, — усмехнулась она. — Не предупреждали. И сейчас они в замешательстве, совершенно не зная, чего от нас ожидать. Нападём ли мы в указанное время? Нападём ли мы в указанном месте? Или раньше? Или вообще на противоположном краю мира? Не находишь, что внести небольшую сумятицу в ряды противника, нам очень на руку? Как следует потрепать им нервы…
— А смысл? Они будут ждать нас! Они будут готовы.
— Именно, — усмехнулся Темериус. — Но будут ли они также готовы спустя неделю? Две недели? Месяц? Не сочтут ли Светлые всю эту затею розыгрышем и дезинформацией? Только подумай, Вольдемар, — глаза его сверкнули, — сколько времени они будут сами трепать себе нервы, ожидая нашего появления в любой точке своего мира, гадая о том, как нашей Тьме удастся справиться со Светом их небес. Как они распылят свои силы, в то время как спустя недели две или месяц от указанного срока мы вломимся к людям и погрузим их жалкий мирок во Тьму, прибрав его к своим рукам!
А неплохая идея, надо заметить. Интересно, мой братец сам до этого додумался, или Марго и тут приложила свои ручки? По их непроницаемым лицам невозможно было ни о чём догадаться. Кажется, я говорил, что эти двое не умеют скрывать свои эмоции? Забудьте. Таких лицемеров и интриганов, как Т’Эдерлуойры, ещё поискать!
Темериус
— Ты противная девчонка!
Вольдемар откланялся полчаса назад, и мы Марго остались одни. Сейчас эта стервозина делала вид, что раздумывает над предстоящим сражением. На самом же деле она ждала — я чувствовал её напряжение и изредка ловил на себе лукавый взгляд жены. Я не стал её разочаровывать, бесшумно подкравшись сзади, схватив за горло и укусив за ушко. Я знал, что заводит её больше всего! Девушка вздрогнула в моих руках, и я буквально почувствовал ту волну жара, что прокатилась по её телу.
— Но ведь именно этим я тебе и нравлюсь, ведь так? — мурлыкнула она, подняв руки и взъерошив мне волосы.
Второй рукой я дёрнул шнуровку её корсета, а губами припал к шее. Негромко застонав, Марго откинула голову назад и наши с ней взгляды встретились.
Не в силах больше сопротивляться желанию, охватившему меня, я поднял её на руки и уложил на стол. Ах, чертовка! Облик Светлой ей очень шёл: этакая невинная овечка. Знали бы вы, что вытворяет эта овечка, когда мы остаёмся с ней одни! Время воевать наступит чуть позже, а пока нам с ней есть чем заняться вдвоём…
Светозар
— Я сам не понимаю, зачем они это сделали, — отозвался я слегка раздражённо.
И пусть мой голос остался ровным, но напарник без труда понял сокрытое.
— Они просто издеваются над нами. А я сразу сказал, что мы не должны придавать значения этой записке! — он потряс листком, который я тогда вытащил из кармана Дмитрия, примчавшись ему на помощь после того, как почувствовал, как Тьма окутывает его.
— Светояр, тебе ещё не ведомо коварство Тёмных, — возразил я.
— Они всё равно не смогут появиться в нашем мире! Здесь они просто не выживут.
— Но мы же тогда смогли. Почему бы и им не найти способ?
— Мне кажется, они просто дурачат нас.
Я понимал его. Со времени, указанном в записке, прошли сутки. Целые сутки не прекращающегося напряжения, боевой готовности в ожидании нападения.
Нашу перепалку прервал один из солдат.
— Нападение! — оповестил он.
Моментально выскочив с напарником на балкон, мы вгляделись в бескрайнее синее небо. На горизонте темнела небольшая тёмная туча. Приближалась огромная стая ворон. Похватав оружие, мы помчались навстречу, чтобы принять бой…
— Остановись! — я пытался сдержать солдата, у которого по ходу дела сдали нервы. — Это всего лишь вороны.
— Нет, это Тёмные, это их второй облик, — он не слышал меня, сбивая в воздухе и рубя изо всех сил несчастных птиц.
Мне пришлось врезать ему, чтобы он обратил на меня внимание.
— Прекрати!
— Они издеваются над нами! — взвыл несчастный.
Я развернул парня лицом к себе, положил руку на его плечо и вгляделся в глаза.
— Остановись, — мой голос был твёрд и полон безмятежного спокойствия. — Это лишь уловка Тёмных. Мы не должны карать невинных. Птицы ни в чём не виноваты.
Кое-как отбившись от пернатого нашествия, мы вынуждены были вернуться на свои посты.
— Интересно, что они задумали? — Светояр сел за стол и рассеянно вертел в руках записку.
— Скорее всего вымотать нас ожиданием и напряжением. Сначала я думал, что они нападут раньше указанного срока. Но это было слишком очевидно. Глупо было ожидать от них, что они нападут в указанное время. Нет. Расслабляться нельзя. Они могут напасть в любое время.
— А нападут ли они вообще? Сидят сейчас там у себя и смеются над нами.
— Расслабимся, а они только этого и ждут, — покачал я головой.
— Твари! Быстрее бы их уничтожить! Но на этот раз всех! — глаза его полыхнули яростью.
А я смотрел на его руки, непроизвольно сжавшиеся и сжавшие тот злосчастный листок.