Но специального агента по особо важным делам Лайна Квазарова не пугал скачок в неизвестность. Теперь у него имелись опыт управления "Золотой каплей", уверенность в своих силах и, самое главное, надежный напарник и верный товарищ - дельта-клон Питри Черский. К сожалению, Ирина Бисквитова не могла лететь вместе с ними. Девушку из далекого прошлого и так с трудом делили между собой отдел Исторических Изысканий, Медицинский отдел, Психолаборатория, Центр Макробиологии и другие научно-исследовательские подразделения Государственной космической разведки.
Приятное возбуждение от предстоящей миссии омрачало только одно: душу Лайна по-прежнему продолжали мучить воспоминания о прекрасной корреспондентке с планетена - Латисе Нерал. Но он надеялся, что со временем печаль от расставания рассеется, останутся только приятные воспоминания о прекрасных часах, проведенных вместе. Ведь так уже бывало не раз - работа космического разведчика никак не располагала к долгим связям, тем более к семейной жизни.
Питри появился совершенно неожиданно. Только что его не было - и вот он уже внутри модуля. Мастерство ликвидаторов из ВЧК кое-кто называл сверхъестественным. Именно на нем держалась дисциплина среди военных и гражданских чиновников Очеловеченной Федерации.
- Привет! - сказал дельта-клон. - Скучаешь?
- Да так... - неопределенно махнул рукой Лайн.
- Старт через восемь часов.
- Я помню.
- Я иду попрощаться с Ибис. Ты со мной? - Питри вопросительно посмотрел на Лайна.
- О чем речь?! - оживился тот. - Разумеется!
И они вместе отправились в медицинский модуль, где временно поселили Ирину Бисквитову. Выбор этого места жительства был обусловлен тем, что все медотсеки находились под постоянным наблюдением. А так как Ибис являлась чем-то средним между пациентом и объектом изучения, каждый ее шаг на Оруженосце-1 тщательно фиксировался.
Чтобы попасть в медицинский модуль, надо было пройти через наблюдательный центр. Лайн и Питри вошли внутрь и замерли на пороге. Рядом с молоденькой девушкой-оператором сидел сам генерал Варкасов и смотрел на голографический монитор с изображением жилого отсека Ибис.
Генерал, не отрывая глаз от монитора, поприветствовал своих агентов:
- Молодцы, что зашли. Подойдите поближе.
Лайн и Питри из-за плеч Варкасова взглянули на экран.
Ибис лежала с закрытыми глазами на койке, закинув ноги на ее спинку. Из ее персоналки (мини-терминала для доступа в общую инфо-сеть) раздавалась ритмичная музыка. Тонкий хрипловатый мужской голос повторял один и тот же припев, старательно растягивая гласные звуки:
Я люблю вас, де-е-е-евушки,
Я люблю вас, ми-и-и-илые!
Я хочу, чтоб были вы красивые, счастливые-е-е!
Четыре человека молча наблюдали за этой сценой в течение нескольких минут. За это время припев повторился двадцать три раза.
Первым не выдержал Лайн:
- Да что же это за музыка?! Издевательство над интеллектом! Что, очередная проверка на психоустойчивость?
Девушка-оператор с погонами младшего лейтенанта военно-медицинской службы обернулась:
- Ничего подобного! Наблюдаемая сама выбрала эту мелодию. Сейчас у нее по распорядку отдых. Вот она и... отдыхает.
- Это какая-то очень старая песня, - сказал генерал. - Я и не знал, что в нашей инфо-сети имеется такой ресурс.
Он показал Лайну свою персоналку, на экран которой был выведен список старинных музыкальных произведений конца Докосмической - начала Космической эры.
- Смотрите! - воскликнул наблюдательный Питри. - Она плачет!
Действительно, хотя глаза Ибис были закрыты, по ее щекам тоненькими струйками бежали слезы.
- Может, она слышала эту песню раньше? Я имею в виду, в свое время? - предположила оператор.
Генерал Варкасов посмотрел на экран своей персоналки и произнес:
- По одним историческим источникам, этот стиль назывался Электрик-Дрим-Тип-Топ-Хаус, по другим - Попса Галимая. Он был очень популярен... Тут сказано: "...популярен среди значительной части населения, оболваненной ложными асоциальными ценностями и псевдо-свободой". Да, нелегко Ирине Бисквитовой. Нас разделяет около трехсот лет - почти непреодолимая пропасть.
- Зато у нее самые лучшие показатели на психотренажерах и авиасимуляторах, - сказала девушка-оператор. - Ее реакции и скорость принятия решения в нестандартной ситуации почти вдвое превосходят лучших пилотов, что тестировались в нашем отделе.
Питри посмотрел на оператора с благодарностью, а Лайн - с интересом. На мгновение какие-то интонации в голосе этой девушки напомнили ему Латису Нерал, но через секунду наваждение исчезло.
- Это не удивительно, - сказал генерал. - В то время люди имели дело с несовершенной техникой, которой почти все время приходилось управлять вручную. Если бы в нашем времени оказался неандерталец, то, я уверен, по метанию камней и дубинок он намного превзошел бы самых лучших спортсменов.
Варкасов поднялся с кресла, положил руки на плечи двух агентов и легонько подтолкнул их к двери:
- Ну, не буду вас задерживать. Идите, попрощайтесь со своей находкой. Только не забудьте, что до старта осталось... - он сверился с персоналкой, - семь часов сорок восемь минут тридцать секунд. Не опаздывайте, а то корабль улетит без вас!
Генерал пребывал в хорошем расположении духа и был не прочь пошутить. Пошутить по-своему, по-генеральски.
Едва Лайн и Питри переступили порог отсека Ибис, девушка открыла глаза и порывисто вскочила. Она еще не привыкла к тому, что гравитация на Оруженосце-1 была меньше, чем на Земле и в кабине "Золотой капли", поэтому взлетела почти до потолка. Ибис, несомненно, набила бы себе шишку при приземлении, если бы не ловкость дельта-клона, подхватившего ее на руки.
Девушка быстро высвободилась из более чем дружеских объятий, хотя они доставляли ей удовольствие.
- На нас типа смотрят, - шепнула она и глазами показала на несколько инфо-камер.
Люди эры Водолея так привыкли находиться под постоянным контролем государства, что им и в голову не приходило смущаться или скрывать что-либо. Но над Ибис все еще довлели пережитки древней морали, которую, конечно, и в ее время все уже нарушали, но подсознательно все-таки еще помнили и осознавали, что "можно", а что "нельзя", что "хорошо", а что "плохо".
Чтобы заполнить возникшую неловкую паузу, девушка взяла с койки свою отброшенную второпях персоналку.
- Я тут пошарила в Интернете... тьфу, никак не привыкну... в инфо-сети и нашла ресурс с клевым музоном, - она пощелкала ноготком по активному дисплею. - Ведь то, что лабают у вас - полный отстой. Нет, конечно и в наше время перепевали старые песни, но их хоть не уродовали. А ваших певцов слушать типа не в кайф. Вот, приколитесь...
Из динамиков зазвучали начальные аккорды мелодии, и приятный мужской баритон запел:
Шаланды, полные фекалий,
В Одессу Костя приводил...
Ибис нажатием пальчика прервала песню и торжествующе посмотрела на своих друзей:
- Ну?
Лайн и Питри недоуменно переглянулись.
- А что, собственно, мы должны были услышать? - поинтересовался Питри.
Ибис так и села на койку:
- Как? Вы не поняли?!
Оба агента отрицательно помотали головами.
Девушку переполняли такие сильные эмоции, что несколько секунд она не могла произнести ни слова, только размахивала руками и показывала агентам экран персоналки, на который она вывела текст песни.
Наконец Ибис справилась с волнением и воскликнула:
- Да вы хоть знаете, что такое фекалии?!
- Естественно, - Питри улыбнулся. - Это основной продукт человеческой жизнедеятельности.
- Точно! - подхватил Лайн. - Я даже знаю, что есть одна старая опера, не помню ее названия. Кажется, "Дама с копьем" или "Дама с пикой". В ней так прямо и поется:... - Он прочистил голос и попытался пропеть: - ..."Что наша жи-и-и-изнь? Дер-р-рьмо!"
Ибис посмотрела на него с ужасом. Квазаров знал, что его вокальные данные оставляют желать лучшего, поэтому на иной эффект и не рассчитывал.