Девушка подалась вперёд, села ровнее.
— Ника, тебе лучше? Может, нужно было вызвать скорую? — участливо спросила Рика, всё ещё поддерживая сестру за плечи.
— Нет, не нужно. Ты всё правильно сделала, Рика. Спасибо. — губы Ники пересохли, в горле першило, ей трудно было говорить. Но она должна была успокоить сестру.
— Что произошло? На тебя кто-то напал? — Рика поднялась, чтобы и сестре помочь встать.
— Я не успела понять... — Ника начала вспоминать, но в голове было пусто.
Она помнила только незнакомое ей ранее умиротворение, лёгкое дыхание пульса. Больше ничего. Пустота. Не туман, не морок, не стена, а самая настоящая пустота, будто целый день вычеркнут из жизни.
— Рик, я ничего не помню... — Ника посмотрела на сестрёнку. Она была обескуражена, поражена, но железная выдержка не позволила пробиться страху.
Рика подняла с земли зимнюю куртку Ники, которую он схватила с вешалки, когда выбегала её встречать. Накинула на плечи сестры, крепко-крепко её обняла.
— Мы справимся. Ты жива — это самое главное. Я рядом, я с тобой! — Рика говорила тихо, но чётко, твёрдо.
Она не обнадёживала, а заставляла поверить, что иначе никак не будет. Иначе просто не может быть. «Иначе» вообще не существует.
И Ника поверила. Сестра никогда не обманывает. Всё сказанное ею всегда сбывается. Её уверенность и непреклонность наводит страх на все проблемы, которые самонадеянно хотят встать на пути. Маленькая, хрупкая, она умеет подобрать нужные слова, чтобы поднять с колен, умеет вдохнуть силу.
Они справятся. Они точно со всем справятся!
— Рик, ты только никому не рассказывай. — Ника отстранилась от сестрёнки, чтобы заглянуть ей в глаза. — Пожалуйста. Давай это будет наш большой секрет?
Рика молчала, она не привыкла что-то скрывать, утаивать, недоговаривать. От семьи, от близких и родных не должно быть никаких тайн. Это её решение. Это её принцип.
Девушка нахмурилась, ей явно не понравилась просьба Ники. Всё случившееся — не случайность, не игра, не розыгрыш. Это серьёзное происшествие, деяние, за которое предусмотрена уголовная ответственность. И Ника не может этого не знать. Рика до сих пор не до конца была уверена, что вообще правильно поступила, не вызвав скорую помощь. А тут такая просьба…
Что могут две небольшие, не совсем повзрослевшие девушки противопоставить миру тени, темноты и жестокости? Теперь Рика была уверена, что произошло нападение. Не просто временное недомогание, которое подкосило ноги, а настоящее физическое насилие.
— Ника, прости. Я не могу такого обещать.
— Я так и знала... Ну что ж, пошли. Мне нужно ещё отдохнуть перед тем, как поедем в полицию. — Ника развернулась и пошли прямо. Домой.
— Но я не расскажу, если меня прямо не спросят о случившемся. — добавила Рика.
Ника обернулась и слабо улыбнулась. Пообещать такое для сестрёнки уже подвиг. Не уступка, не потакание. А временное невмешательство. Доверие.
Рика догнала сестру, взяла её за руку, приобняла за плечо, и они медленно пошли домой.
Две небольшие щуплые фигурки, похожие друг на дружку как две капли воды, удалялись от света фонаря.
В воздухе витал запах спелой хурмы, но ни одна из них его не замечала. Слишком сильным было потрясение одной, слишком внезапным спокойствие другой. Ника, набираясь сил от сестры, ступала всё увереннее и твёрже. Рика её поддерживала, не торопила, отвлекала от дурных мыслей. Они были одного роста, возраста, воспитания. И, обычно такие разные, сейчас слились в крепкий сплав.
Он вышел на свет. Его лицо исказила гримаса злости, боли. И отвращения. Он со всей силы ударил в ствол дуба, разбив костяшки в кровь.
Ника. Ника. Ника. Ника. Ни-ка…
Первый урок усвоен неточно!
Глава 10.
«Лапа моя, лапа,
Носа моя, носа,
Я научусь плакать
Тихо и безголосо.
Я научусь думать
Много и без истерик,