— Мы можем включить все светильники? — неожиданно для всех спросила Ника.
Ей не хватало света, пространство уютной кухни начинало давить, а круглый стол поплыл перед глазами.
— Конечно, да будет свет! — Рика легко подскочила со своего места и щёлкнула по всем выключателям, не давая кому-либо опомниться и оспорить её решение.
Бабушка, которая сидела по правую руку от Ники, внимательно посмотрела на внучку, но ничего не сказала. У каждого момента свой черёд. Уж она это знает, как никто другой: и спрашивать следует вовремя, и присматриваться.
И Ника окончательно расслабилась. Она дома, в безопасности, среди самых любимых и дорогих сердцу людей, на столе вкусная еда, упитанный и счастливый пёс урчит возле ног. Аромат жасмина витает в комнате и ещё больше успокаивает.
— Ника, ты была в ванной, и мы тут не сдержались. Вытрясли всё! Лика, ну, давай, расскажи нам всем ещё раз!
Тёмные локоны мамы подпрыгивали в такт её восторгу, глаза, голубые, как самое светлое и чистое озеро летом, светились счастьем, блестели от гордости. Улыбка не сходила с её лица, а на щеках появились милые озорные ямочки.
Анну никто никогда не признавал за маму троих прелестных дочек, не комплимента ради, но многие знакомые не давали ей больше тридцати. Женщина умела ухаживать за собой. Несмотря на все трудности, что свалились на её хрупкие плечи, когда пропал папа девочек, она сохранила в себе силу истинной женщины, волевой, где-то властной и решительной, где-то мягкой и понимающей. Дочкам и авторитет, и кумир, и понимающая подруга.
И не дай Бог кому-то расстроить Анну, Ника тому «печёнку вырежет». Девочки много раз в детстве защищали маму от обидных сплетен, от несправедливых начальников с масляными глазами, слишком падкими до красоты и молодости. Они провожали её на работу, встречали с работы, помогали по дому, все семейные праздники проводили с ней и с бабушкой, в гости и к подружкам не рвались, умели вовремя сказать «нет».
— Я прошла собеседование в медиашколу и теперь буду учиться у топовых журналистов нашего города! — радостно-громкий голос всегда скромной и кроткой Лики вырвал Нику из задумчивости.
— Поздравляю! Дай обниму, красотка! И всё тайком провернула, посмотрите на неё. Ах, Лика, Лика! Ах! — услышав приятную новость, Ника сорвалась с места, подбежала к сестре, и Лика сама не заметила, как оказалась в крепких объятиях сестрёнки.
Раздались громкие хлопки, поздравления, добрые слова и пожелания. Поцелуи, объятия, улыбки.
— Ну ты жук, Лик. Жу-ук! Ничего не сказала! Даже нам с Рикой, а?!
— Лика, ты со всем справишься, будешь писать самые крутые статьи. Вот увидишь, все захотят работать только с Ликой Аксаковой!
— Внучка, горжусь тобой. Правильно, что ты пробуешь, сердце должно биться с любовью!
У Анны уже не нашлось никаких слов, она обняла дочь крепко и надёжно, как может обнять только мама.
— Да вы преувеличиваете. Мне же ещё нужно пройти обучение, выполнить все задания. Даже выпускной экзамен сдать. — Лика засмущалась от такого внимания. Ей казалось, что она по меньшей мере на Луну слетала, фильм сняла и теперь он рвёт мировой кинопрокат. Ну что за преувеличение…
И, может быть, в другой день Ника бы её поняла. Но не сегодня. Все в семье очень переживали из-за подавленного состояние сестры. Апатия, грусть, непроходящее чувство усталости и бесполезности усилий, беспокойство из-за постоянных неудач. Лика хоть и старалась всё держать в себе, но разве такое можно скрыть от любящих глаз.
Даже бабушка не знала, чем помочь внучке. Они ходили вместе и маслом писать, и румбу танцевать, и в настольные игры играть. Завели традицию гулять вечерами, делиться сокровенным. Но ничего не помогало.
Ника пыталась вызволить сестру из этого странного плена. Она бы сама всё-всё для неё завоевала, достала, достигла… Выучила бы все уроки, сдала бы все экзамены, выиграла бы все конкурсы мира.
Но это так не работает. После профессионального спорта, на котором неожиданно пришлось поставить крест, Лику будто подменили. Казалось, она растеряла всю стойкость, всю выносливость и упёртость, которым научило её фехтование. Точность удара, бдительность, внимательность — всё. Какой-то необратимый процесс был запущен нелепой травмой. Что-то щёлкнуло в голове у Лики, не помог даже спортивный психолог… А, может, он и не хотел помочь, девушка-то уже не входила в сборную.