— Рика, ты где пропала? — на крыльце появилась Ника, которая выглянула проверить, куда запропастилась сестрёнка.
Подхватив коробку поудобнее, подняв куртку с земли, Рика открыла калитку и вошла во двор.
— Ого, ничего себе у тебя поклонники! — присвистнула Ника. — Тихая, домашняя, а посмотрите, какого урвала!
Сёстры зашли в дом.
— Это тебе, Ника… — тихо произнесла Рика, когда входная дверь была уже закрыта на ключ.
Глава 14.
«Ты была
Смелей и легче птичьего крыла…»
— Рик, я не могу делать вид, что ничего не происходит! Не могу выкинуть из головы жуткие сообщения, этот странный подарок. Я не такая сильная, как ты, прости! Я размазня, я жижа!
— Ника, он старается тебя запугать, загнать в угол. Хочет тебя деморализовать, заставить действовать на эмоциях. Ведь тогда ты перестанешь доверять интуиции и начнёшь делать ошибку за ошибкой. Мы не должны этого допустить, Ника! — Рика пыталась донести очевидное, но пока это слабо получалось. Сестра была напугана, она понимала это. Хорошо, что подарок распаковать они догадались после завтрака.
— Настоящий Тарантул! — воскликнула Ника в сердцах, буравя взглядом подарок.
— Кто? — переспросила сестрёнка.
— Так будем его называть! Ночной, ядовитый, подкрадывающийся. Мерзкий! — ответила Ника. Она смаковала каждое слово, будто они убивали её врага.
— Нет, мы будем называть его только трус и никак иначе. Слышишь, он не тянет на тарантула. — возразила ей Рика, уверенная, что её категоричность может унять панику сестры.
Она старалась не поддаваться эмоциям, понимала, что иначе они вместе станут марионетками, кто-то один должен держать голову в холоде и не подаваться на явную провокацию. Рика за свою жизнь не сталкивалась с такой откровенной ненавистью и болезненным желанием причинить боль другому, но отчего-то она чувствовала, как следует поступить.
— А если он реально знакомый? Услышит про труса и начнёт мстить! — выразила опасения Ника. Она тоже все больше убеждалась, что нападающего стоит искать только среди знакомых, и память ей услужливо подыскивала, кто мог точить зуб на Победу, кому она перешла дорогу, у кого вырвала самый вкусный кусок.
— Пусть услышит. Он не так уверен в себе, на это и будем давить. — спокойной уверенностью сказала Рика.
У сестрёнки будто созрел какой-то план. Или она вообразила себя чудо-женщиной, что, впрочем, будет для Ники в самый раз. Ей захотелось переложить решение проблемы на кого-то, не поделиться, а скинуть; пусть это и малодушно, но Нике действительно стало страшно. Если уж и в дом попытались проникнуть, пусть и через подарок, то…
— А если это маньяк, которому не следует на что-то давить? Рика, очнись. Это не фильм! Он знает меня, мой телефон, адрес. Знает, что мы рано встаём, что суббота — особенный день. Он знает вас с Ликой... —Ника осеклась, задумалась. — О, боги! Он же может нас не различать!
Нику охватила настоящая паника, она заметалась по комнате, словно загнанный в ловушку зверь, который успел понять, что ему так просто не выбраться. В нём ещё есть силы сражаться, но он не видит, против кого. Кто этот враг, который загнал его. Где этот трус отсиживается, почему же он прячется. Невидимость способна на всё, и именно это убивает.
— Мы узнаем его раньше, чем случится что-то непоправимое! Я буду рядом с тобой. Ты не будешь оставаться одна. — Рика поднялась с кровати и крепко схватила Нику за плечи.
— Ага, будешь всегда-всегда рядом! — передразнила Ника сестру, страх не позволял заметить, как решительна она. — На край света за мной пойдёшь. Да-да.
— Пойду. — спокойно парировала ей Рика. Она была категорична, в ней проснулся боевой дух игрока. Но не того бесшабашного, который с риском на «ты», а рассудительного, умеющего просчитывать соперника и готового в любой момент подложить ему свинью.
— Ты в Шестерёнку не ногой, а тут целый край света. Хорош заливать. — усмехнулась Ника. — И не ты ли говорила, что учёба, одиннадцатый класс всегда на первом месте?
— В Шестерёнку вашу пойду в первую очередь! — каким-то злым шепотом произнесла Рика, особенно выделив слово «вашу». Она уже не смотрела на сестру, и её злость приходилась не ей.