Ах, сколько бывает этих "последний раз".
— Не дрейфь, лучший игрок Шестерёнки! Никто не узнает про твою слабость. — Во все свои тридцать два ровных, белых улыбнулась Ника.
— Слабость? — С насмешкой спросил парень.
Он явно не ожидал от Ники встречного нападения. Столько раз она его уже отбривала, а он всё продолжает на что-то надеяться. Умный, а наивный...
— А как ещё мне назвать твой порыв?
— Спасением, утешением. — С какой-то странной готовностью ответил он.
Ника внутренне напряглась, знала она эти смешинки в глазах неприятеля. Жди подвоха, запасайся терпением.
— Спасение? Утешение? Клещ, ты сам себя заразил? — Отозвалась Ника.
— Ну как же. Твой бывшей завоевал красотку. Королеву. Императрицу... — Мечтательно произнёс Юра.
Ника поняла, куда целился паразит. Но он промахнулся, не в то ушко пытался пролезть. За прошлое она извинилась, с настоящим смирилась. Есть пары, созданные на небесах; значит, у Авроры с Артёмом именно такая. И она больше не станет их проверять, не станет разрывать общую их судьбу.
— Ах, вот оно как! Тогда мне нужно поблагодарить тебя, да? — Елейным голоском спросила Ника. И с удовольствием заметила, как меняется лицо Юрика.
— Схватываешь налету... — Немного помедлив, ответил он.
— К счастью, я придумала, как тебя отблагодарю. — Голосом, не терпящим возражения, сказала Ника. — Не боись, расплата будет соразмерно спасению и утешению. В долгу не останусь.
Она обошла парня, припарковала свой электросамокат, отчиталась в приложении о правильном его использовании.
— Аксакова, у тебя такой тон, что я уже согласен тебе всё простить. — Оборачиваясь вслед за Никой, сказал Клещ.
— Ну уж нет... — С фальшивым негодованием выпалила Ника и пригрозила пальцем.
— Так просто мне от тебя не отделаться, да? — Перебил её Юра.
— Конечно, Клещик. За всё в жизни нужно платить. Вот я тебе и отплачу, привлеку больше покупателей, а ты давай за свою кашеварку и только успевай варганить. — Ника махнула рукой на фургон, показывая, куда именно послала Юрика.
Как бы парень ни прищуривался, выкупить оторву не мог. Его что-то настораживало, а что он и сам не сумел бы ответить.
Нику задели слова про утешение, конечно. Это же Победа, это она утешает проигравшего, восхваляет победителя, это она спасает от позора и бесславия. Кто же может взять и спасти Её? Да никто, так только посягнуть на помощь.
Оставалось только ждать развязки, что же надумала Ника. Она и вчерашнее сейчас припомнит, уж это за ней не заржавеет, в этом она особая мастерица-рукодельница: связывает, завязывает, подвязывает все ехидные выкрутасы и ими потом душит.
От былого спокойствия не осталось и следа. На ратное поле вышли временно победивший и временно уязвлённый.
— Почему мне кажется, что твоё "спасибо" попахивает подвохом, а, Аксакова? — Юра не спешил кашеварить и варганить.
Ника ничего не ответила, лишь показала ему рукой на парочку молодых людей, приближающихся к фудтраку. Покупателей лишаться никак нельзя, конкуренция в парке высокая, вкусности можно найти и у соседей, Юра понимал это. Он сдался и подчинился Нике, которая осталась стоять около окошка.
Паренёк, который подошёл к фудтраку Юрика, купил себе и своей девушке кейк-попсы, вафельные трубочки с вареной сгущенкой в шоколадной глазури и два молочных коктейля с малиной и белым шоколадом. Он явно знал, что любит его принцесса, парню удалось её приятно удивить и девушка подарила ему сладкий поцелуй.
Ника засмотрелась на них, в лучах октябрьского солнца, которое пробивалось сквозь пожелтевшие листья клёна, они выглядели ещё счастливее.
— Жижа, не отлынивай. Давай, где мои обещанные клиенты? — Раздался голос Юрика. Ника скривилась, но ничего не ответила.
Ещё не время отвечать, подожди-ка, Клещ, и около твоего фургончика перевернётся грузовик со сладостями.
Ника туже затянула волосы, приготовившись к труду и обороне. Да, торговать ей ещё не приходилось, привыкла зарабатывать иным способом. Но что не сделаешь ради недруга, который сначала крепко-крепко обнимал, а потом резко оттолкнул.