Я снова бросила взгляд на Данилу, который вёл машину с выражением полного превосходства, будто только что выиграл какую-то грандиозную битву. И этот человек считает, что имеет право распоряжаться моей жизнью?
— Зачем тебе охрана? Ты что, президент? – вырвалось у меня, когда мы свернули на широкую магистраль.
— Чтобы такие, как ты, не разбежались, – ответил он невозмутимо, даже не повернув головы.
— Очень смешно, – пробурчала я, откладывая телефон в сторону. Но злость начала закипать снова. – Гофман, если ты думаешь, что я теперь буду изображать твою счастливую жену перед всей твоей семейкой – ты глубоко ошибаешься.
Он наконец взглянул на меня краем глаза, и я увидела ту самую смесь ледяного спокойствия и какой-то необъяснимой насмешки, которая вечно выводила меня из себя.
— Тогда всем придется увидеть мою несчастную жену.
Слово «жена» он произнёс так, будто это была самая большая награда, которую можно получить в жизни. А я сидела и думала, как он умудрился превратить этот факт в мой личный апокалипсис.
— Ты даже не сделал мне нормального предложения! – выдохнула я с таким отчаянием, что сама себя пожалела.
— Ты бы всё равно сказала «да».
— Откуда такая уверенность?!
— Потому что я Гофман, — он пожал плечами с таким видом, будто это должно было всё объяснить.
Ну конечно, как я могла забыть. Данила Гофман. Синоним самоуверенности и вселенской наглости.
— Слушай, если ты ещё раз скажешь что-нибудь в таком духе, я выпрыгну из машины.
— Не советую. Джип позади не успеет затормозить.
Он говорил это настолько спокойно, что я даже не знала, смеяться мне или хвататься за дверную ручку.
Мда… несколько выпитых коктейлей не в то время и не в том месте вылились в огромную долгосрочную проблему. Лучше бы я осталась на том корпоративе и познакомилась со своим новым боссом.
Глава 19
— Мне завтра нужно на работу, – заявила я, едва Данила заглушил мотор у ворот своего загородного дома.
Он посмотрел на меня с таким выражением лица, будто я только что предложила ему зарабатывать пением на вокзале.
— Зачем? – коротко бросил он, склонив голову набок.
А что, я должна тут уборку делать и носки стирать? Я вскинула бровь, ожидая услышать продолжение вопроса, но он лишь тяжело вздохнул.
— У тебя же отпуск, Ангелок. Я всё уточнил у Маши, когда искал тебя, – проговорил он, облокотившись на руль с видом человека, который всегда знает лучше.
Спрашивал у Маши... Блин, кажется, я серьезно встряла. Ну да, он же как-то меня нашел в родительском доме. Вот Машка, коза нечёсанная! Ну конечно, и она ему всё выложила, как на блюдечке. Спасибо, конечно, от души.
— У меня босс на грани нервного срыва, потерял меня, а его любовницы, небось, уже скучают без внимания, – сказала я, скрестив руки на груди.
На этих словах Данила практически сложился пополам от смеха, и его заразительное веселье наполнило салон. Ещё секунда – и он точно начнёт стучать кулаком по рулю.
— Любовницы скучают? – едва проговорил он сквозь смех, утирая выступившую слезу. – Ангел, ты серьёзно?
— Ну да. Классический случай. Не видишь тут проблемы? – я подняла подбородок, делая вид, что абсолютно не понимаю, что именно его так веселит.
— Ангел, ты знаешь, его член все еще на месте только потому, что он не пытался засунуть его в тебя, – усмехнулся Гофман, откинувшись на спинку сиденья.
Я резко повернулась к нему, поджав губы.
— Да ладно?! – с закатанным глазами произнесла я. – Я слишком ценный помощник, чтобы портить наши рабочие отношения кратковременными романами.
Данила посмотрел на меня, прищурившись, а потом снова тихо усмехнулся. Но я уже открыла дверцу машины и, выскочив наружу, громко хлопнула ей. Хотелось эффектно показать, что мне плевать на его реплики и наглую самоуверенность.
Но, отходя от машины, я вдруг поняла, что непроизвольно улыбаюсь. Всё-таки чувство юмора у этого мужчины имеется, даже если он временами раздражает до невозможности.
Сзади раздался звук захлопнувшейся двери автомобиля, и тут же по гравию зазвучали быстрые, уверенные шаги.