Нет. Повторять точно не будем.
— Проваливай, — припечатывает меня тихий голос.
Ммм? Она имеет в виду из неё, так как я всё ещё с ней законнекчен, или... А, понял. Это меня выпроваживают в принципе. Ну правильно, сделал дело — отвали смело.
Прячу товарища обратно в убежище и, оставив на прикроватном столике использованный контрацептив в качестве сувенира, послушно оставляю её одну.
Вот, блин, и поговорили.
Ситуация капец, конечно, тупая. И, наверняка, этот незапланированный перфоманс нам ещё аукнется, вот только поздняк метаться. Да и не сказать уж, что я сильно сожалею. Всё же было... забавно.
Выхожу на шумную улицу, зависая возле Импалы. В это время суток, а особенно в сезон, центр стабильно живёт своей особой жизнью. Тут никогда не спят, до рассвета отрываются уличные музыканты и толпами снуют мимо туристы.
Вот и сейчас, закуривая, слышу торопыжную китайскую речь, доносящуюся со стороны двухъярусного экскурсионного автобуса и зазывания промоутеров в Исаакиевском сквере, что уговаривают всех прокатиться на теплоходе во время очередного развода мостов.
Белые Питерские ночи — несомненно, фишка Северной Столицы, однако эта фишка не всегда приносит в пользу. Нет-нет, а по мою душу начинают бросаться косые взгляды со стороны кутящей неподалёку молодёжи. Пока лишь со смутно узнающим подозрением, но ещё минута-другая и пойдут в атаку. Уже проверено.
От греха подальше отстреливаю бычок в кусты и ныкаюсь в салоне, параллельно набирая брату. Короткий разговор привносит облегчение. Каким-то чудесным образом тот умудрился не только замять ситуацию, но и избежать финансовых потерь.
Если я и удивлён, то лишь немного. У Владика с детства была развита суперспособность ладить с людьми. И это не оборот речи.
Где я пускал в руки кулаки, он умудрялся решить всё диалогом. Где я скандалил с учителями, за что родителей чуть ли не каждый месяц вызывали к директору, ему хватало нескольких минут, чтобы замять назревающий конфликт. Наверное, только благодаря Владу наша группа ещё и живёт. Я один бы давно со всеми пересрался.
В этом плане мы с Вебер на самом деле немного похожи. Просто я ещё хоть как-то пытаюсь себя контролировать, притворяясь вменяемым, а вот она существует исключительно на эмоциях. Не стесняясь в выражениях и методах достижения своих целей.
Кстати, о ней...
Где-то через четверть часа замечаю подъехавшее к гостинице такси, а ещё минут через пять появляется Эва со знакомым чемоданом на колёсиках. Садится в машину и уезжает.
Всё-таки свалила, коза такая. И, разумеется, на следующий день на съёмках не появилась. Как и не объявилась в течение следующих двух недель. Ни звонка, ни сообщения, ни предупреждения.
Тотальный игнор.
Глава четвёртая. Попытка номер два?
POV БЕССОНОВ
— Вот ты содержант поганый! Ему ещё и еду, видите ли, заказывают, — устало плюхаюсь на пол в опустевшем репетиционном зале, с жадностью вдыхая запах ещё горячего Мака, что пару минут назад доставил братцу замученный жарой курьер.
Мы тоже замученные, но не жарой. Часов пять уже как торчим здесь на репетиции, буквально только-только отпустили замученную танцевальную труппу.
С учётом того, что на завтрак у меня сегодня был воздух, желудок давно и прочно приклеился к позвоночнику. А этот стоит, значит, и бургер точит с предоргазным стоном. Ну не свинья, а?
— Не форчи, стафый пефдун. Яфик и на тебя фзяла, — жуя, кивает тот на местами жирный от масла пакет.
Ладно, беру свои слова назад. Не свинья.
— О, да? — воодушевлённо тянусь к спасительной отраве, горстью запихивая в себя картошку-фри. Ммм, холестерин наше всё. Без него и свет белый не мил. — Обожаю твою девушку!
— Эй, фильтфуйся!
— Платонически, платонически, не плюйся. На рыжую твою не претендую.
— Ещё б претендовал... — вытирая подбородок от соуса, хмурится Владик. — И она не рыжая.
— Рыжая, красная... какая разница?
— Для дальтоников, видимо, никакой.
— Главное, чтоб ты её ни с кем не перепутал. А то свадьбы точно не видать. Ты, кстати, как? Не надумал ещё в кабалу влезть?