В зале воцаряется такая тишина, что становится слышно бесшумный кондиционер.
— Оу... — виновато морщится Влад. — Неловко как-то вышло.
— Не ведись. Это давление на жалость. Она прекрасно понимает, что обосралась по полной и теперь продюсер будет иметь её втрое усерднее, чтобы возместить убытки.
— Юпитер, ты предвзят. Если бы речь шла о семье, я бы тоже забил болт и на концерты, и на левых челов, которых знать не знаю. И ты бы поступил точно так же.
Так-то оно так, вот только её поведение перекрывает всё желание идти на уступки. Поубавь она гонора, тогда без проблем можно урегулировать этот вопрос, но с таким подходом...
Нет уж, пошла она к чёрту!
Пусть на других свои приёмчики тренирует. Я без пяти минут свободен от обязательств, и обратно в эту петлю башку не засуну!
Нет, нет и нет.
Или...
— Дерьмо! — сердито выругиваюсь, бросая уже ненужный бургер обратно в коробку.
Всё, аппетита как не бывало.
***
"Вертел я эту ублюдскую совесть! Это первый и последний раз, отвечаю. Пусть не берёт за привычку", — мысленно матерюсь всю дорогу, размашисто перепрыгивая через ступеньки, да только толку-то?
Поднимаюсь на этаж, пересекаю гостичный коридор и стучусь в дверь.
Открывает.
И опять не с пустыми руками.
— Ты хоть когда-нибудь не бухаешь? — не могу не удержаться от колкости.
— Чего надо? — в той же тональности холодно отзывается Эва, салютуя очередной стеклотарой.
У меня прям жёсткое дежавю. Только в этот раз Вебер замерла на пороге не в секси-тряпочке, а обычных лосинах и безразмерной футболке.
И без косметики.
И с белым вином вместо красного.
— Ты какая-то зелёная. Поешь гематогенку.
— Сам её ешь, — огрызается та, залпом осушая бокал. — У тебя что-то срочное? Я как раз собиралась утопиться.
Ага. Тоже слышу шум воды, доносящийся, судя по всему, из ванной.
— Вечерние процедуры?
— Ты глухой? Красивый суицид.
— Прикольно. Хотя не уверен, что тебя возьмёт. Некоторые вещи в воде не тонут, ну ты поняла.
Поняла. И юмора, пусть и убогого, не оценила.
— Пришёл меня оскорблять?
— Нет. Пришёл спросить: почему сразу не сказала? Зачем постоянно быть сукой?
— Так проще.
— Проще для чего? Чтобы заводить врагов? Я не святой, но умею входить в положение. Достаточно было одного сообщения. Всего. Одного. Занюханного. Сообщения.
— Сообщение было. Акимову.
— Который тоже нихрена объяснил, ограничившись абстрактным "надо" и "по личным причинам".
— А он должен был всю мою подноготную вывалить? Тебе правда не хватает мозгов понять, что если что-то не афишируется, значит, об этом не желают распространяться?
— Откуда привычка сразу в нападение идти? Никто и не требует от тебя подробностей.
— Правда? То есть, это не ты сейчас устраиваешь мне допрос?
Мать твою!
— Какой к чёрту допрос, женщина? Я лишь пытаюсь выстроить диалог.
— Как когда-то мне дали весьма доходчиво понять: мои проблемы — только мои. Никому до них не было, нет и не будет дела. Ну и зачем тогда тратить время на диалог?
— Это кто такой одарённый житейской мудростью?
— Бывший продюсер.
— Дай угадаю, он стал бывшим после того случая, когда ты исчезла на полгода?
— Снова допрашиваешь.
Боже, дай мне сил не довести до убийства! А то я ж сам её утоплю и спишу всё на несчастный случай.
— Откровения — не твой конёк, да?
— Мы знакомы несколько недель. За это время мы исключительно переругивались и разок переспали. Нас ничего не связывало, кроме фиктивного романа. Так почему я должна с тобой откровенничать?
Тоже верно.
— Всё ещё связывает. Я пока не подписал расторжение.