С моральным удовлетворением не только слышу, как Ярослав шумно выдыхает, уткнувшись носом мне в волосы, но и чувствую его ещё сильнее вжавшийся в меня каменный член.
Да, это игра. Игра, в которой я провоцирую, а он...
А он поддаётся.
Не выдержав, Яр рывком разворачивает меня к себе и, подхватив, усаживает на туалетный столик. Мои ноги требовательно раздвигаются, в губы впивается жадный поцелуй, а на пол с грохотом сыпятся баночки и тюбики неубранной косметики...
Глава седьмая. Привет из прошлого
POV БЕССОНОВ
Опасно. Слишком опасно. Она снова льёт бензин на и без того полыхающие поленья, вот только зачем? Ей это всё зачем? Настолько не хозяйка своей Матильде?
Вряд ли.
Эва, конечно, преподносит себя всем ветреной и легкодоступной, однако кроме её интрижки с продюсером за последние годы нет ни то, что ни одной фотки, где она была бы засветилась с другим мужчиной, даже сплетен о возможном романе с кем-то не ходило. До подписания нашего контракта она всегда и на любых мероприятиях появлялась исключительно одна.
Так и зачем тогда?
Я не знаю. Но подчиняюсь тому сумасшедшему сексуальному магнетизму, что исходит от этой женщины. И целую её в ответ с таким напором, словно другого шанса не представится. Будто мы живём последний день на этой земле.
Обхватив Вебер за затылок, пробиваюсь языком в горячий покорный рот, встречая нулевое сопротивление, и... Ох, дьявол! Это послушание заводит хлеще жалкого куска тряпки, что надето на ней.
Чёрт... а я ведь ни разу не видел Эву без одежды. Дозированная обнажёнка на фотографиях, конечно, даёт воображению разгуляться, однако воображение — это одно, а увидеть в живую...
Ирония в том, что в прошлый раз мне было совсем не до рассматриваний. Тогда вообще произошло всё слишком стремительно, без возможности мыслить адекватно. Сейчас же, пусть и с трудом, но удаётся держать ситуацию под контролем.
Отрываюсь от податливых губ, скользя пальцами по пульсирующей выемке на шее и медленно стягиваю с плеча лямку боди. Так низко, что поролоновая чашка сминается, открывая аристократично бледную грудь с ярко очерченным ореолом.
Красиво.
— У нас сиеста? — Вебер недовольна промедлением. Тянется ко мне за новым поцелуем, однако я жестом торможу её. Вызывая недовольство. — Это забастовка?
— Нам не стоит, — поправляю на ней бусы, задевая прохладным жемчугом маняще торчащий сосок. Чтоб тебя...
— Ты меня не хочешь?
— Хочу, — честно признаю. — Но нам не стоит.
— Поздновато строить из себя благородного рыцаря, тебе не кажется?
— Дело не в благородстве.
— А в чём тогда?
— Не знаю.
Правда не знаю. Что люто бесит.
— Вот когда узнаешь, тогда и поговорим, — в отличие от меня, Эва себя сомнениями не обременяет и требовательно тянется к ремню на моих джинсах. Приходится перехватить её кисти, гася прыть.
Кто бы только знал, насколько тяжело это даётся...
— Я сказал — нет.
— Второй раз предлагать не буду!
— Родная, — склонившись, беру её за подбородок, притягивая к себе. Так близко, что наши губы вновь оказываются в опасной близости. — Если мне что-то потребуется, я приду и сам возьму это.
— Попробуй. И твои бубенчики навсегда перестанут выполнять детородные функ... — Вебер не договаривает, прерываясь на вежливый стук в дверь.
— Прошу прощения. Меня просили уточнить, как долго вы пла... ой... — ассистентка просовывает нос в приоткрывшуюся щель и смущённо осекается, оценив обстановку. — Простите! Я не хотела помешать...
— Ближе к делу, чего надо? — огрызается Эва, равнодушно натягивая лямку обратно на плечо и прикрывая наготу.
— Хотела узнать, насколько вы... задержитесь.
— Уже выгоняете?
— Нет-нет. Но скоро подъедет следующий участник мероприятия, поэтому...
— Поэтому "кыш", я поняла. Через пять минут гримёрка будет свободна, — оттолкнув меня, Вебер спрыгивает с туалетного столика, начиная самые оперативные сборы, которые я когда-либо видел.
Прям поверх боди натягивает кожаное платье с мега-короткой юбкой, выпрыгивает в босоножки на высокой танкетке, убирает волосы в высокий хвост, один движением смахивает в большую сумку ту косметику, что не упала в порыве нашей краткосрочной страсти и молча выходит.