— В смысле, уехала? — пиарщица озадаченно вскидывает голову. — Машина с водителем стоит у заднего входа. Ждёт.
— Долго ждать будет. Дайте бедняге отбой, а то он от голода там так и подохнет.
***
Высокие потолки, тупейшая планировка, состоящая из сплошных проходных комнат с парадными дверями, лепнина, розетки на потолках и современная мебель со свежим косметическим ремонтом — типичная бывшая коммуналка в бывшем доходом доме Питера.
Не знаю, как именно эта квартира досталась моим деду с бабкой в своё время, однако с недавних пор живу тут только я. Влад взял ипотеку в новостройке, родителям с младшей сестрой я купил частный дом с участком (в качестве обмена), а сам остался здесь.
Причина проста. Вернее, их две. Предки всегда мечтали о маленьком огороде, а мне нравится географическое положение: так-то центр города. Вечером реально круто курить у окна и наблюдать за царящей снаружи движухой.
Однако есть и минус — я так долго жил здесь шумной толпой, что сейчас квартира кажется мёртвой. В пустых коридорах стоит звон тишины вместо привычной суеты, а единственными живыми душами на метры вокруг стали соседи за тонкими стенами. Привыкнуть к этому оказалось непросто.
Вот и сейчас только что не подскакиваю, когда без предупреждения раздаётся призывная дверная трель, бензопилой разрезающая сонливое пространство. Настолько сонливое, что даже мухи с комарами свалили туда, где явно интереснее.
Кого ещё принесло на ночь глядя?
Только бы не фанатский выводок, который еле отвадила наша старшая по дому. Дама она с крутым нравом, так что действовала кардинально, когда юные поклонницы месяцами гнездовались на лестничной клетке подобно воробьям.
Без конца щебетали, исписывали стены любовными признаниями, свинячили там же, где сидели, и не давали покоя всем жильцам, несмотря н многочисленные просьбы быть потише — само собой в какой-то момент проблема достигла критической точки. Пришлось её решать.
Но это было ещё в самом начале, на заре нашей карьеры. После аншлаг, к счастью, поутих. Особенно когда у нас появилась консьержка, так что теперь на почётные караулы можно было наткнуться только на улице.
Топаю смотреть в глазок и озадаченно проворачиваю ключ в замке.
— Как насчёт суши? — одарив меня очаровательной улыбкой, Полякова выразительно шуршит бумажным пакетом из ближайшего суши-бара, из которого торчит ещё и горлышко бутылки вина. — Гуляла неподалёку с подружкой, вспомнила о тебе. Дай, думаю, зайду.
Угу, гуляла она. Светка ж каждый день гуляет по городу в чулках и с боевым раскрасом.
***
— Я, кажется, просил не приходить без приглашения, — с подозрением кошусь на соседскую дверь и затаскиваю Свету в квартиру. — Никто не должен видеть тебя.
— Помню-помню, — сбрасывая босоножки со стразами, снисходительно морщится та. — Но неужели из-за того, что ты с кем-то встречаешься, к тебе не могут приходить друзья?
— Друзья — могут. Ты — нет.
— Потому что я особенная?
— Потому что если журналисты начнут под тебя копать, накопают кучу того, чего не следует. А у меня нет желания ворошить прошлое, — разочаровываю её. Чтоб не набивала себе цену.
— Прошлое пусть остаётся в прошлом. Лучше давай смотреть в будущее, — поправив короткую юбку красного платья, Полякова проходит в гостиную, деловито осматриваясь. Точно хозяйка, нежданно-негаданно наведавшаяся в давно заброшенные владения. — Сделал ремонт? Миленько.
Иронично. Пока она чувствует себя как дома, нисколько не смущаясь, я ловлю мощнейшие флэшбеки. Страшно подумать, сколько раз я притаскивал её сюда, когда выдавалась возможность. Сколько раз диван моей тогдашней комнаты скрипел, сгорая от стыда за мою неопытность...
Вроде и ничего особенного, в конце концов, все с чего начинали, однако как вспомню каким зелёным идиотом я был рядом с ней — сквозь землю провалиться охота.
И вот она снова здесь.
Нелепей только сам факт того, что встретив Свету случайно в Москве несколько месяцев назад, я не только не прошёл мимо, но и вновь завязал то, что завязывать не стоило. Как она верно заметила: прошлому место в прошлом, но...
Стою на пороге, облокотившись о массивную створку с матовыми вставками, наблюдаю за тем, как гостья преспокойно раскладывает на кофейном столике контейнеры с суши, и не могу отделаться от мысли, что всё это мне ещё аукнется. И далеко не в плане вновь вспыхнувших чувств. Их как раз-таки давно не осталось.