— Только попробуй и все узнают, что у тебя одно яйцо меньше второго, — забивает эфир недовольное бурчание, приглушённое от уткнувшего в подушку лица.
— Ну вот, кружочек запорола, — разочарованно нажимаю отбой. — И это брехня. Нормального они у меня размера.
— Успокаивай себя этим.
— Что-то я не заметил недовольства, пока ты орала ночью от удовольствия.
Правда прежде поорал немного я. Когда получил с колена по почкам в процессе её сопротивления. Которое не продлилось долго. Вебер, конечно, побрыкалась, но больше для вида, потому что потом сама же на меня и накинулась.
Уж чего-чего, а страсти у этой девушки в избытке.
— Отвали, — зато сейчас она холодна как айсберг.
— Всегда такая злая спросонья?
— Вежливые гости тихо сваливают, чтобы не досаждать хозяину.
— Тонкий намёк, чтобы я ушёл?
— Прямым текстом агрессивно советую.
— А если не уйду?
Заёрзав, Эва приподнимается на локтях, строго зыркая.
— Охрану вызову.
— Даже так? А давай, — я же, наоборот, поудобнее разваливаюсь в кровати, закинув руки за голову. — С удовольствием на это погляжу, — одна секунда, две, три... — Что, нет? Я так и думал.
— Пошёл ты, — Вебер неохотно выползает из постели и, продефилировав нагишом, скрывается в ванной вместе с своим подобранным с пола айфоном. Ненадолго, несколько минут спустя возвращается. И всё такая же обнажённая.
— Ну что, вызвала омон? Потому что на меньшее, если что, я не согласен, — лежу, не меняя позы, наблюдая за тем, как она вместо ответа неторопливо достаёт из выдвижного ящика и надевает нижнее белье, воюя с крючками на...
Что это? Лифчик? Укороченный корсет? Кружевное орудие массового поражения? Не знаю точного названия, но Эва смотрится в этой тряпочке чертовски сексуально.
Настолько, что под одеялом происходит незапланированное оживление.
Тише, малыш, тише.
— Далеко собралась? — интересуюсь, следя за тем, как та усаживается перед маленьким одноногим зеркалом, перетряхивая косметичку.
Ведёт себя так, будто меня и нет.
— Не твоё дело, — огрызается та, чпокая открывшимся тюбиком туши.
— Могу подвезти.
— Не утруждайся.
— Что так?
— Не нуждаюсь в сопровождающих.
— Жаль. У меня сегодня в кой-то веки выходной, и это настолько необычно, что я не представляю, чем себя занять.
— Найди себе хобби. Говорят, помогает.
— Так у меня уже есть хобби. Полночи, вон, им занимался. И предлагаю прямо сейчас продолжить.
Тушь сменяется карандашом для глаз.
— Я для тебя бесплатная секс-кукла?
— Ты для меня замещение. Мне ведь по договору пока нельзя клеить девчонок в баре.
— И поэтому ты решил обзавестись карманной шлюхой?
— А ты против? Нам вроде как неплохо вместе.
Вебер снова не отвечает, слишком занятая макияжем. Тушь, карандаш для глаз, матовая тёмная помада. Вроде не так много всего, однако она как-то сразу внешне меняется, возвращая чертам привычный стервозный оттенок.
— Без косметики лучше, — снова нарушаю тишину и снова получаю игнор. Это забастовка? — Заплести тебе косички?
— А ты умеешь?
А, нет. Не забастовка.
— У меня ж есть младшая сестра. Пришлось научиться. И в балетной пачке с крылышками феи тоже пришлось в своё время побегать. Чего не сделаешь ради мелкого тирана.
— Наверное, увлекательное зрелище.
— У тебя есть младшие?
— Нет. Только старший брат.
— Значит, ты была не подопытным кроликом, а доминантом, ставящим эксперименты?
Расчёска, взятая взамен кисточки от пудры, замирает в руке Эвы.
— Нет. У нас неважные отношения.
— У старших с младшими они всегда такие. Особенно если большая разница.
— Только вряд ли вы с братом запирали свою сестру в сарае до утра.