Она расслабленно перевернулась на другой бок, немножко повозилась, удобнее вписываясь своими выпуклостями в его рельефы, уткнулась носом в ключицы. И хихикнула, почувствовав, как его руки скользнули по ее спине и, поднырнув под слабенькую резинку пижамных шорт, остановились на других округлостях, не менее выдающихся и мягких, чем фронтальные.
…Варю разбудило не льющееся в окно яркое солнце. И не щебет бодрых птичек. А пристальный взгляд золотистых глаз.
Жмурясь от солнечного золота, она с расслабленной сонной безмятежностью уставилась в ответ. Зимослав выглядел слегка растерянным, немного сердитым. Но в целом, несмотря на повышенную утреннюю лохматость и легкую небритость, имел вид вполне отдохнувший. Надо признать, эта его щетина, в цвет густо-фиолетовых бровей и ресниц, придала ему неожиданное разбойничье обаяние. Правда, от нее же он делался совершенно синюшным на лицо. Налюбовавшись вдоволь, Варя уткнулась в подушку и забулькала хихиканьем.
Золотистые глаза округлились в недоумении. Зим приподнялся, опершись на локоть. Спросил требовательно:
— Что смешного?
— М-м…
— Понятно. Скажи, пожалуйста, почему ты здесь спишь, если я не помню, как затащил тебя в постель.
— Ну… — протянула Варя, стараясь не улыбаться во весь рот, как дурочка. Откинулась на подушки, сладко потянулась всем телом. — Потому что это я тебя сама затащила в твою постель?
Фиолетовые брови нахмурились. Однако Зим не подумал вскакивать. Наоборот, улегся обратно, подложив под голову руку. Уточнил:
— Я слишком шумел, когда вернулся. Да?
Варя скопировала его позу, улеглась нос к носу.
— Как там ваша военная компания? Закончилась?
Он пожал плечами:
— Непонятно.
— Есть потери? — сочувствующе спросила она.
— Много потерянного времени и мое самолюбие.
— Тогда всё не так уж плохо! Главное, чтобы все живы остались.
— И враги?
— Сегодня враги, завтра союзники — политика так переменчива! — легкомысленно помахала рукой в воздухе Варя.
— Как прошла осада башни? Ты была здесь?
— Была, угу, — Варя потупила взгляд. — Но я мало что поняла, всё было так странно… Лучше пусть баба Вера тебе расскажет.
Зимослав понятливо угукнул с непроницаемым видом. То ли Венцемир успел ему наябедничать на Варино самоуправство, то ли вправду еще ничего не знает.
— Но у нас тоже все остались живы, даже враги, — поспешила заверить она.
— Я рад.
Повисла пауза, несколько секунд оба продолжали изучать друг друга. Впрочем, у них было серьезное оправдание не спешить — никогда прежде они не видели друг друга с такой точки зрения и настолько близко. В самом деле, это была их первая ночь под одним одеялом! Хотя и внебрачная.
— Мне приснилось или ты вправду вчера мне сказку рассказывала?
— Какую сказку? — удивилась Варя. — А! Точно… А разве ты слышал?
И покраснела до кончиков ушей, но глаза не отвела.
— Не всё. Очень смутно. Хотелось бы услышать еще раз, там было что-то безумно интересное. Повтори, пожалуйста?
— Это я в книжке вычитала, про императора и огромный кристалл-накопитель…
— Нет, другое. Что-то о короле. Который заблудился.
Варя непонимающе похлопала глазами. Она прекрасно помнила, как он обнимал ее этой ночью. И за грудь жамкал. А о чем в это время она разглагольствовала — совершенно вышибло из памяти. Начисто!
Зим понял ее состояние и разочарованно вздохнул. Прикрыл глаза.
— Расскажешь, если вспомнишь?
— Угу! А ты…
— Что?
— Не хочешь спросить, как поживает моя невинность?
Золотистые глаза снова широко распахнулись.
Варя мысленно обругала себя за неудачную шутку.