Поганка поморщилась под вуалью на формулировку:
— Мои подданные возвратили назад то, что было украдено. И да, ради обретения могущества драконьей магии я пойду на всё!
Между тем они завершили забег по лабиринту и оказались в сравнительно небольшом помещении, ярко освещенном множеством фонарей.
Белая королева подошла к выточенному из камня столу и сдернула парчовую салфетку — под нею обнаружились три крупных кристалла, красиво переливающихся мерцанием. У Вари невольно загорелись глаза:
— Это те самые, что ли?
— Именно!
— Все три! Даже в другой горный хребет за ними идти не пришлось. Правда, я думала, они будут больше, с тыкву размером хотя бы, а тут — пфф! А почему такое сокровище — и без охраны?
Поганка хохотнула:
— Стража не потребуется. Ты, видно, забыла, кто я.
Варя покачала головой. Она б сказала вслух, кто та есть, но неприлично хамить в гостях.
— Предвидеть будущее — первейшая обязанность владычицы Белых Гор, — высокомерно пояснила девица.
— А-а… — протянула Варя. — Ясно. И что же ты предвидишь в данной ситуации, позволь поинтересоваться?
— Мою победу, — самодовольно заявила та. — Осталось лишь немного подождать.
Вот только противореча собственному уверенному тону, она зачем-то обошла помещение и заперла все четыре двери на тяжелые замки и засовы.
— Это чтобы нам никто не помешал, — пояснила на пристальный Варин взгляд.
— Существует магия порталов, знаешь ли — ей двери не помеха, — съехидничала Варя.
— Здесь ваши любимые порталы открыться не смогут, — парировала та. Подошла к каменной скамье, выступающей из монолита стены, и, усевшись, милостиво похлопала ладошкой рядом с собой: — Разрешаю тебе сесть.
— А кого ждем-то? — уточнила Варя, повиновавшись приказу, нарочито неуклюже плюхнулась, ради достоверности отбив о каменное сидение попу. Внимательно поглядела на высоко торчащие коленки собеседницы, сравнила со своими, нормальными, и сделала в уме выводы.
Девица ее взглядов не замечала, похоже. Самодовольно хмыкнула:
— Твоего драгоценного будущего супруга.
— Зимослава? — воскликнула Варя, не зная, радоваться или начинать беспокоиться с удвоенной силой.
— А ты разве за кого-то другого собралась замуж? — ехидно переспросила поганка.
— Но он тут как окажется? Тем более ты нас заперла. И почему ты решила, что именно тут надо ждать?
— Как ты думаешь, за кем он явится-то? — лучилась предвкушением бледная девица. — Я-то голову сломала, пока разгадывала вещее видение! С чего бы, думаю, синегорскому принцу добровольно к нам рваться? А потом недоумевала: как это дракон явится в горы до того, как я открою врата в их мир? А оказалось-то вон что!
Варя виновато опустила голову: получается, она своим геройством жениха в ловушку завела… И еще немножко пригнулась, чтобы заодно подглядеть, какая-такая обувка прячется под подолом бледной королевы.
Между тем девица зашмыгала носом — немудрено простыть в подземных палатах. Не стесняясь пленницы, она достала из потайного кармашка замызганный платочек — и откинула вуаль, чтобы с трубным гласом избавиться от соплей. Варя фыркать на невоспитанность не стала, с интересом уставилась на поганку, которая и без покрывала оказалась действительно бледной.
Миловидное востроносое личико светилось белизной. Светло-карие глаза были густо обведены черным карандашом а-ля «я у мамы панда», чтобы под вуалью казались такими же огромными, как у чистокровных белогорцев. Шея длинная и худосочная, как у балерин, однако в пределах человеческих пропорций. Волосы вот белоснежные, как положено белогорским королевам, но туго заплетенные косички, пусть и достигали пяток, тощим своим видом восхищения не вызывали. Вообще эта пигалица лет шестнадцати, а то и меньше, Варю совершенно не пугала. Даже блистающая драгоценными камнями массивная корона-обруч на голове не добавляла уважения. С другой стороны, бить ее по затылку камнем или швырять в нее сырой магией, душить вуалью, останавливать сердце силой воли или еще как-то серьезно калечить Варе тоже не хотелось. Иные же варианты сопротивления пока в голову не шли.
— Ты же человек, — резюмировала она.
— Мой дед был человеком, — поморщившись, не стала отпираться та. — Сбил мою бабку с толку. Но моя мать и бабка, и прабабка, и пра-пра… и так далее — все были королевами. Если ты об этом.
— А твой отец? Король?
— У нас нет королей. Только королевы! Мой отец — величайший колдун из ныне живущих, бессменный глава совета семей.