Варвару же интересовал уголок с новенькими золотыми и серебряными украшениями. Там полновластно царила дочь владелицы ломбарда — Мария, ровесница Вари и хорошая ее знакомая. (Точнее, Машка была однокурсницей Аньки, Вариной одноклассницы и лучшей подружки. Пару раз они пересекались на общих девичьих посиделках, куда Варя, надо признаться, выбиралась крайне редко. Под чай с тортиком тогда разговорились — и обнаружили объединяющую их обеих сорочью страсть к блестящим побрякушкам. С тех пор регулярно общались к обоюдному удовольствию исключительно через прилавок: Варя утоляла жажду блеска, а Маша высчитывала ей скидку как постоянному вип-клиенту и демонстрировала свежие новинки, еще не попавшие на витрину, прислушивалась к запросам при закупках и, бывало, придерживала приглянувшиеся вещички до «получки».)
— Какие люди! Какими ветрами? — грудным басом приветствовала любимую покупательницу пухлая владелица «фианитового уголка». — Давно тебя не было видно, Варюш, я аж заскучала.
— Зато сегодня я за оптовыми закупками, — многообещающе поиграла бровями Варя.
— В театр устроилась костюмером, что ль? — разглядела ее наряд Мария. — Тогда тебе надо бижутерией закупиться для декораций. Зачем кровную заначку на серебро тратить, если проще взять стекляшки покрупнее, чтобы с задних рядов было видно.
— Нет уж, стекляшек мне не надо, не та у меня публика, — туманно отозвалась Варя, а сама загоревшимися глазами забегала по бархатным лоточкам с колечками-сережками-подвесками-браслетиками.
У Машки тоже глаза загорелись — увидала за Вариной спиной блуждающих между витрин пришельцев в костюмах романтической эпохи.
— А это что за Ромэы с тобой? Целых двое, мамоньки! Охранники твои? — пригнувшись, зашептала она, часто задышала высокой грудью, заволновалась, заколыхалась, торопясь поправить прическу и убрать складочки на обтягивающей кофточке.
— Они не местные, гости, — тоже шепотом пояснила Варя. — Вот, выгуливаю по городу.
— Вижу, что не наши, — с придыханием отозвалась Мария, поедая глазами высокую статную фигуру принца. — У нас-то таких орлов не водится…
Между тем Злату наскучило разглядывать уцененную технику. Подойдя к Варе, усмехнулся:
— И здесь ты к ювелирной лавке прилипла?
— Да вот, хочу Зиму накопитель подарить, — пояснила она, с трудом имитируя равнодушный тон. — Вран жаловался, что на нем все камушки взрываются, замучился чинить. А фианиты вроде как покрепче будут. Как думаешь, какой перстенёк для него выбрать?
— Тогда уж не один перстень, а гарнитур с серьгами, — встал с другой стороны Радмил, взглянул на блистающий в свете ярких лампочек ассортимент. — С серьгами получится сразу три камня.
— О, точно! — обрадовалась идее Варя, посчитав, что камни из сережек пойдут в запас на замену того, что в перстне.
— И для Зима выбирай в серебре, — уверенно посоветовал Злат. — От стали, меди, золота и разные других сплавов у него чесотка и сыпь.
— Аллергия, значит, — поддакнула Машка, стрельнув густо подведенными глазами в принца. Тот ответил ей вежливой улыбкой.
— Ой, а можно мне примерить вон то колечко? — загорелся Радмил, высмотрев вещичку по своему вкусу.
— Отличный выбор! — похвалила Мария, расторопно отпирая витрину. — Мистический камень! Только на той неделе привезли.
— Прям-таки мистический? — фыркнула Варя, опознав в причине восторга пажа всего лишь радужно окрашенный темный фианит в зачерненной оправе.
— Конечно, мистический! — твердо стояла на своем Машка. — Смотри, как завораживает глубина! Игра света! Переливы цвета! О, и на пальчик село, как влитое. Берете себе, молодой человек? Дизайн унисекс, не нужно стесняться своей индивидуальности!
— Очень мило, — отвел глаза Радмил. Но колечко с пальца снял. — Спасибо, нет.
— Нет так нет, — легко согласилась Мария, но убирать не спешила. — Подумайте, вдруг передумаете. Вот еще есть браслетик к нему в пару, тоже с мистическими камушками и с огненными опалами, вижу, аккурат ваш размер, на тонкое запястье хорошо будет.
Смущенный ее профессиональной скороговоркой, Радмил счел за лучшее отойти от прилавка.
— Я куплю! — шепотом сказала Варя Машке, указав глазами на отложенное колечко.