— Звоните в полицию, — кинула Маша секретарше и бросилась на улицу.
Но там ее ждал сюрприз — к компании из двух мужчин прибавилось еще трое. Но те, кажется, пытались остановить первых двух. Наташа прижалась к стене и с ужасом смотрела на происходящее.
— Бежим, — прошептала Маша, подбираясь к девушке. — Секретарша вызвала полицию.
Ветрова мотнула головой, но поднялась на ноги, опираясь на руку Маши. Они уже собирались завернуть за угол, когда брюнетка обернулась и увидела, что один из нападавших стреляет в их сторону. Решение пришло мгновенно — стараясь убрать новую знакомую с линии огня, она толкнула ту в сторону и дернулась за ней. Но не успела. Острая боль обожгла плечо, и Маша тихо охнула, опадая на землю.
А затем пришла темнота.
***
— Ната, что случилось? — Ветров рванул к сестре.
— Кажется, на меня напали, — хрипло произнесла она. — Двое. Потом еще трое попытались их остановить. Завязалась потасовка, а потом и перестрелка. Меня спасла какая-то девушка.
— Какая девушка? — упавшим голосом, спросил он.
— Невысокая, темноволосая. Наверное, посетительница.
Макс резко направился к Нине, которая разговаривала с полицейским.
— Что за девушка была здесь?
— Из СтройИнвеста.
Мужчина прикрыл глаза.
— Где она?
— В центральную городскую отвезли. С пулевым ранением
Он тут же направился к машине, на ходу доставая телефон. Наташа крикнула ему вслед, но брат, словно не услышал.
— Добрый день, Максимилиан Николаевич.
— Отправь наряд к центральной.
— Что случилось?
— Заберешь пациентку к себе после пулевого ранения.
— Понял.
Макс отключился и завел машину. До больницы добрался за несколько минут.
— К вам поступила девушка с огнестрельным ранением недавно. Где она?
— А вы ей кто?
— Муж.
— Минутку, — ответила администратор, проверяя картотеку. — В операционной она. Готовят.
— К чему готовят? Что с ней?
— Как к чему? Швы накладывать.
— В смысле швы? — опешил Макс.
— Пуля прошла навылет через левое плечо. Жизненно важных органов не задето.
— Ясно.
Ветров набрал Наумову и обрисовал вкратце ситуацию.
— Машину я отправил. Как закончат шить, перевезем в нашу клинику.
— Это надолго?
— Скажу после осмотра. Везет тебе прям с девчонкой, — усмехнулся Глеб Андреевич. — Привезешь опять с сыном?
Мужчина мысленно выругался. Естественно, он даже не подумал о ребенке Сурковой.
— Видимо, да.
— И еще — понадобится реабилитация для руки. Степень пока не могу сказать, но...
— Что это значит?
— Что ей будет сложновато управляться с домашними делами и пятилетним ребенком одной рукой.
— Ты издеваешься? — чуть не простонал Ветров.
— Всего лишь предупреждаю.
— Я тебя услышал.
Оставалось набраться терпения и дождаться окончания операции.
Спустя пару часов его, наконец, пустили в палату к Маше.
— Как себя чувствуешь? — спросил он, входя.
Суркова замерла, увидев кто к ней пришел.
— Терпимо, — ответила она, приподнимаясь на постели. — Что вы здесь делаете? — спросила она, переходя на официальный тон.
— Забрал твои документы — тебя перевозят.
— Куда?!
— В другую клинику.
— Дай угадаю — туда, где ты сможешь везде совать свой нос? — тут же окрысилась женщина.
Ветров недовольно поморщился.
— Хватит перечить. Будет так, как я сказал.
На удивление Маша ничего не ответила. Лишь прикрыла глаза. Спорить не было сил — адреналин растворился, и теперь она в полной мере осознала, что натворила. Кто только дернул ее ввязаться в потасовку? Впрочем, вопрос был глупым — такова уж была ее натура. Не могла пройти против несправедливости и не помочь. Да и не предполагала она, что все выйдет вот так.
— Я хочу домой, — тихо произнесла она. — Мне надо к сыну.
— Я привезу Никиту к тебе.
— Нет! — резко вскрикнула она. — Не трогай его!
Ветров нахмурился — его неприятно задела подобная реакция. Неужели она видит в нем чудовище, способное причинить вред ребенку?
— Тебе нужно в хорошую клинику, если не хочешь остаться с малоподвижной рукой.
Маша молчала, размышляя могла ли хоть что-то противопоставить этому несдержанному и эгоистичному мужлану? Сейчас она снова была беспомощна — рука не болела. Но она не питала иллюзий — обезболивающие скоро перестанут действовать. Что ж, если ему так хочется оплатить лечение — так тому и быть. Все равно она скоро уедет. И тогда уже будет все равно.
— Я хочу сама съездить за сыном, — твердо произнесла она, посмотрев прямо в глаза Ветрову.
— Хорошо, — согласился тот. — Идем, — он помог ей подняться и повел к двери.
Выйдя на улицу, вопреки ожиданиям Маши, они направились к машине частной скорой помощи.