— И это твой совет? Просто отойти в сторону?! Я для этого тебе все выложил?
— Дурак ты, — покачала головой сестра. — Так будет лучше.
— Лучше для кого?
— Для нее. Для тебя. Для вас.
— Сомневаешься во мне? — недобро усмехнулся Максимилиан.
— Отнюдь. Но подумай сам — она не подпускает тебя, зажимается рядом хотя бы потому, что близость с мужчиной для нее теперь ассоциируется с унижением и принуждением. Благодаря тебе.
— Это было давно, — отмахнулся он, хотя мысленно отметил, что во время поцелуя Суркова и правда была зажатой. Но тогда он списал это на робость и стеснение.
— Знаешь, я никогда не лезла в твои дела, никогда не осуждала твои методы решения проблем, но это... — Ната разочарованно покачала головой. — Ты переплюнул сам себя. Уже этим можешь гордиться. Но тебе ведь мало?
— Мало?
— Тебе мало было унизить ее единожды. Тебе нужно снова сломать ее.
— Я не собираюсь ломать её.
— Но сломаешь. Ты наиграешься и бросишь.
— Да с чего ты взяла, что так и будет?
— А как? Как будет? — вскинулась девушка. — Ты готов к верности? К постоянным отношениям?
— Это здесь не при чем, — отрезал Макс. — Я уверен, что Суркова рано или поздно сдастся.
— О, конечно, сдастся, — ядовито парировала она. — Ведь ты самый желанный самец! И никто не смеет тебе отказать.
Разговор принимал опасный оборот, и Ветров понял, что зря вообще решился на это.
— Закрыли тему, — решил он. — Не хочу с тобой ругаться, но этим и закончится, если продолжим.
— Как пожелаете, господин хороший, — небрежно кинула сестра. — Ты хотел совета — избавься от нее. Она сломана. И ее не починить. По крайней мере не тебе. А слабым местом для тебя она уже стала.
Наташа гордо встала и покинула кухню. Макс горько усмехнулся. Порой его сестрица могла быть такой жестокой, что он и сам этому поражался. И все же ее слова заставили задуматься. Что, если она права, и Маша действительно не сможет ему довериться. Разве он делает недостаточно, чтобы она поняла, что ей ничто не грозит? Разве мало доказывал, что не станет принуждать? И ведь ладно бы оставалась к нему равнодушна. Так нет. Он же отчетливо видел, как женщина реагировала на его близость. Видел, как непроизвольно расширялись зрачки, как менялось дыхание. Конечно, Мария не готова признаться в этом. Но его-то не обманешь. Вот только сколько? Сколько времени ей нужно? Или может нужно что-то конкретное?
Эти вопросы уже давно мучили мужчину. А вот о том готов ли на длительные отношения он не задумывался. Просто не видел смысла — отношения с женщинами для него никогда не были чем-то основательным и важным. Вниманием женского пола Макс обделен не был. А потому и не думал о какой-то постоянной связи. Не до того было всегда. А способен ли он в принципе на подобное? И способен ли на подобное с Машей? Последнее время он совершенно перестал проводить ночи с женщинами. Это правда. Но объяснение было иным — напряги с бизнесом. Сейчас было не до развлечений. Но что, если отсутствие интереса к другим дамам было из-за Сурковой? Мог ли он так увлечься ею, что потерял интерес к остальным, вполне доступным и удобным партнершам?
Максимилиан мысленно застонал — Наташка добилась своего: качественно вынесла ему мозг всего несколькими фраза. Да так, что он еще долго будет заниматься самокопанием и самоанализом. Жестко и изощренно. Все как любит сестренка. Нужно было срочно на что-то отвлечься.
***
Утром в субботу позвонили из риэлторского агентства. Маша вяло ответила, что сама подъехать к ним, к сожалению, не сможет, и попросила приехать к ней на работу. Агент согласилась. Встречу назначили на понедельник. Теперь нужно было придумать, как провернуть все, не вызвав подозрения у охраны Ветрова. На этот счет у Маши были кое-какие соображения. Но после вчерашнего демарша она уже не знала как вести себя с ним.
Вернувшись в комнату, она забралась с головой под одеяло, словно прячась от очередных проблем. Было невообразимо стыдно. Во-первых, она не сдержалась и высказала насчет рубашки, во-вторых, зачем-то снова раздразнила мужика, а в-третьих… А в-третьих, она надеялась услышать хоть что-то вразумительное. Но Макс стоял словно истукан, выдавая в эфир какие-то невразумительные фразы, от чего она почувствовала себя круглой дурой. Ведь кто они друг другу? Никто. Он просто регулярно помогает ей и Никите. Разве он должен хранить ей верность? Нет. И ее ни в коем случае не касаются следы на его рубашках.
Вот только от одного довольного вида Светочки, вернувшейся из офиса Макса, сводило зубы. Она победно продефилировала и на прямой вопрос — как ей Ветров — лишь многозначительно подмигнула, сказав, что он очень крепкий мужчина.